Сначала я составил рамочное соглашение между мной и Драганом. Как адвокат Драгана, я буду ежемесячно получать постоянный гонорар и дополнительно почасовую оплату, сниженную в связи с наличием постоянного гонорара и тем не менее огромную. После того как я распечатал это рамочное соглашение на одном из подписанных Драганом бланков и тоже подписал его, я составил между мной и Драганом договор аренды помещений над детским садом. Преимущество данной последовательности действий заключалось в том, что за проект договора аренды я уже мог выставить Драгану полный счет.
Я в письменном виде сообщил Адвокатской палате свой новый адрес, оформил онлайн адвокатскую страховку, открыл счет и стал, таким образом, независимым адвокатом.
Совершенно независимый, я отправился в город. В магазине игрушек купил последнее приспособление, необходимое для того, чтобы помешать Борису убить меня. И отправился к Саше, чтобы он мог поупражняться.
С менее славными чувствами начал этот день славный парень Клаус Мёллер, как поведал мне вечером Станислав. Польская фура, в которой находилась машина Мёллера, в которой находился сам Мёллер и оплакивал свою сломанную руку, ночью проехала всю Польшу и в тот момент, когда я оформлял свою адвокатскую страховку, находилась примерно в семидесяти километрах от границы с Белоруссией.
Мёллер, не имевший ни малейшего понятия ни о предстоящей ему участи, ни о принципах осознанности, по обеим этим причинам страдал от некоторой напряженности. Вместо того чтобы просто смириться с тем, что он пристегнут к своей машине, что ему больно и что он ничего не может поделать, да и не должен, Клаус Мёллер изводил себя мрачными мыслями.
То ли от замешательства, то ли в приступе «стокгольмского синдрома» Мёллер рассказал своему похитителю, что уже боялся закончить свою жизнь в мусорном прессе. В этот момент Станислав подосадовал, что сам не додумался до этой идеи. Она сэкономила бы ему восемнадцать часов, которые он потратил на поездку.
Польская фура стояла на парковке на восточной окраине городка.










