В то время как мы с Сашей своим ходом, а Тони — своим добирались к Вальтеру, Станислав с Мёллером в его машине ехали к отдаленной стоянке грузовиков в очень тихом промышленном районе. Они припарковались за большой фурой с польскими номерами. Станислав попросил господина Мёллера самостоятельно надеть наручники и пристегнуться к рулю.
Поскольку Мёллер вел себя при этом немного строптиво, а Станислав был немного на взводе, то просьба привела к небольшой стычке, окончившейся для Мёллера переломом большого и указательного пальцев левой руки, а также пястных костей.
Когда Мёллер понял, что у Станислава теперь не только целых костей больше, но и к тому же на одно табельное оружие больше, чем у него, Мёллера, полицейский наконец уступил просьбе и приковал себя к машине. К его большому удивлению, вслед за этим двери польской фуры открылись, обнаружив большое, наполовину пустое пространство. В передней части фургона стоял внедорожник. Двое сотрудников Станислава закрепили борт-подъемник. Потом загнали Мёллера вместе с машиной в фуру, должным образом закрепили внедорожник и снова закрыли двери.
Мы с Сашей к этому времени прибыли на парковку фирмы Вальтера, ярко освещенную солнцем. Машина Тони уже стояла там, прямо у входа. Мы подождали пять минут и зашли в информационный центр Вальтера на первом этаже, в помещение, куда стекались все сведения от патрульных, агентов, а также сигналы со скрытых камер в доме.
Вальтер стоял у пульта управления с одним из своих диспетчеров, умным, накачанным типом с трехдневной щетиной и в очках без оправы, и смотрел на экран, показывавший комнату для допросов в подвале.
Там на диване лежал Мальте, очевидно без сознания.
— Давно он уже там? — спросил я Вальтера.
— Пришел за десять минут до вас. Злостно обругал нас за то, что сразу не сообщили ему о «заключенном». Я дал ему понять, что нет никакого заключенного. Есть только преследовавший тебя целый день тип, которого засек наш патрульный.
— И что? Тони на это повелся? — спросил Саша.
— Абсолютно. Он тут наорал на всех. Напомнил мне перед моими людьми, что Драган доверил ему одному вести допросы.










