Схватка с судьбой

Он обещал заботиться о своём народе, обещал быть зрячим и слышащим, чтобы видеть проблемы своей страны, обещал знать и помнить законы предков…

Его негромкая речь звучала в кромешной тишине. Обомлевшая толпа молча внимала зрелищу, ранее недоступному взгляду посторонних: коронование хайнеса всегда было таинством, куда допускались только сам будущий хайнес и жрец. Меловая печать, будто бы вбирая в себя лунный свет, едва заметно засияла.

Из воздуха вынырнула искрящаяся крылатая печать и с такой силой ударила хайрена в грудь, что прервала поток клятв и отбросила его на бортик фонтана. Не успел Узээриш вдохнуть, как на его волосы опустились золотистые очертания короны с острыми как пики навершиями. Венец сдавил его голову так, что мужчина застонал, руки дёрнулись вверх, чтобы стащить его, но он исчез.

Потухла и печать. На площади опять воцарилась полная тишина. Узээриш зашипел, потёр ушибленную поясницу и вытер проступившую под носом кровь.

– Ну так что? – он отвёл в сторону ворот рубахи, демонстрируя известную всем печать хайнеса: весьма символическое изображение совы. – Теперь со мной можно иметь дело?

Предводитель молча протянул ему ладонь и помог встать.

– Ну ты и отчаянная голова, Сильнейший. Поговорим только в другом месте, а то ты здесь как голая девственница посреди борделя, – Узээриш хохотнул, оценив шутку. – Я таверну неподалёку держу, там можно и побеседовать. Тобий, Эзый, вы с нами. Остальные по городу пройдитесь, утихомирьте остальных. Хватит воевать.

– Дядя, – Узээриш нашёл взглядом кузена отца, – проследи, чтобы военные не встряли. Нам тут не нужны стычки. Ну пойдём. Ох, Тёмные, отвалилась-таки, – он с досадой посмотрел на отпавшую подмётку и грустно пошевелил торчащими из сапога пальцами.

– Эй, – предводитель зычно окликнул толпу, – ссудите кто-нибудь хайнеса сапогами. А то в моих он утопнет.

Народ растерянно и недоумённо волновался, но уже без агрессии.

– Да какой всё? – отозвался кто-то. – Они щас уговорятся, – кивок в сторону нового хайнеса, уходившего в сопровождении трёх оборотней, – а мы по улицам вместе с военными проходим, грабёжников погоняем. Всё как при папеньке его.

– Ага, – с неожиданной благожелательностью согласился кто-то. – Хайнес у нас, конечно, не лучше, чем у других, но и не хуже.

– Наш-то всегда поговорить выходит.

– Да толку-то от говоров-то? – зло сплюнул кто-то. – Самим всё и разгребать!

– Да он один как управится? Не живой он, что ли? Когда такая потрава на поле выползает, боги-то не всегда на помощь приходят.

– Эй, господин, – уходящего с площади жреца окрикнул старик. – А вы что же один? Без учеников? Может, проводить? Я сыновей сейчас кликну…

– Не нужно, – мягко отозвался жрец. – Если богам будет угодно, защитят.