3
0– Когда девушек привели на место встречи с их будущими мужьями, туда заявилась она. У неё всё было подготовлено!
– Она убила двух охранников общины, господина Архария и двух хаггаресов! – яростно взвилась Иррадера.
Ликование чуть ли не опьянило Майяри. Да, с госпожой Ярвиделлой не справились бы хаггаресы! Всё же она прекрасно владеет парными кинжалами, превосходно стреляет из лука, умеет управляться даже мечом и копьём… Ликование малость поутихло из-за совсем свежих воспоминаний.
– И увела дочерей общины с собой!
– Н-нет, кое-кто случайно погиб, – побледнела Иррадера. – Это всё из-за неё. Она причинила такой позор родителям девочек. Бедняга Рахнарр был трижды опозорен!
Так вот куда делись старшие дочери Плетущей Косы! У Майяри даже на душе полегчало.
– И их так и не нашли?
Одевающая обиженно поджала губы и отрицательно мотнула головой.
– Несколько раз находили их стоянки, но им всегда удавалось уйти. Только… только… – женщина замялась. – Бывает, кто-нибудь не успевает уйти, всё же куда им против мужчин…
Майяри поджала губы. На поле боя всегда остаются погибшие.
– Восемь дней назад одну удалось поймать, рядом с общиной ошивалась, – Иррадера опустила глаза, красноречиво говоря этим, что девушку не совсем поймали. – Её похоронили как безымянную. Хотя родители всё равно оплакали.
– А предатель? Что за предатель? – напомнила Майяри.
– Ещё через год из общины сбежала пятнадцатилетняя девочка, – Иррадера запнулась, видимо, хотела назвать имя, но опозоривших честь рода имени лишали. – Потом ещё одна. А сегодня ночью уже девятая сбежала! И никто не понимает, как им удаётся выбраться за пределы общины. Ночью мимо охраны и мышь не прошмыгнёт, а за пределы защиты могут выйти только взрослые с ключом. Значит, их кто-то выпускает. И этот кто-то живёт здесь, среди нас! Госпожа, если бы не вы…
– Я поняла, – презрительно отмахнулась Майяри и наконец отошла от женщины. – А я-то думала, что здесь вообще ничего не меняется. Ладно, иди.
– Но, госпожа… – Одевающая растерянно уставилась на её перемазанную одежду, но Майяри ласково улыбнулась и пропела:
– Иди отсюда. Иначе я сочиню сплетню уже не про тебя, а про твоего мужа, да такую, что тебе вслед будут смотреть с жалостью и злорадством.
Побледнев, Иррадера молча шмыгнула мимо госпожи, но порог перешагнуть не успела. Припомнив ещё кое-что, Майяри её остановила:
– Эй, какая из Благословлённых на Одиночество родила старейшине сына?
Иррадера вздрогнула так, будто её поперёк спины кнутом перетянули, и с испугом уставилась на Майяри.
– Её имя нельзя называть, – едва слышно выдохнула она.
– Три года назад она пыталась бежать из общины и… и умерла.
Майяри резко отвернулась и сухо бросила:
Одевающая выбежала в коридор, боясь, что госпожа спросит что-нибудь ещё.
