Сказочное невезение

Ты что тут делаешь? Я вроде как наложил на тебя довольно сильное сонное заклятие.

– А я взял и проснулся, – сказал я.

– Чтоб я провалился! – ответил Кристофер. – Похоже, талантов к волшебству у тебя больше, чем мне казалось.

– Но ты-то что здесь делаешь? – не отставал я. – Тебя уволят. Это же женская половина.

– Ничего подобного, – возразил Кристофер. – Женская половина там. – Он указал пальцем. – Там тоже нарисована черта, за которую, полагаю, тоже запрещено заходить. Хочешь – пойди посмотри сам. А эта часть чердака пустует, по всей ширине дома, и есть в ней что-то очень странное. Ты сам-то не чувствуешь?

Я уже было собирался ответить: «Чушь полная!» – потому что мне казалось, что он просто пытается отвлечь меня от того, что мне по-настоящему интересно. Я даже набрал было воздуху, но выпустил его без единого слова. Потому что вокруг действительно чувствовалось что-то странное. Оно напоминало гудение, которое я ощущал в кабинете у дяди Альфреда после того, как дядя Альфред занимался там волшебством, – только тут это подрагивание было старым, несвежим. Казалось, что производит его не человек. Больше было похоже на легкое землетрясение, только трясла землю не природа, а волшебство.

– Да, тут просто мурашки по коже, – сказал я.

– И так оно по всему зданию, – сказал Кристофер, – хотя здесь ощущается сильнее всего. Я уже облазил все это чертово поместье, так что уж я-то знаю.

Тут я действительно отвлекся, хотя прекрасно понимал, что отвлекает он меня нарочно.

– Как, ты даже забирался на женскую половину и в кладовую к мистеру Амосу? Да ни за что не поверю.

– В винный погреб мне попасть не удалось, – поведал Кристофер огорченно, – но во всех остальных местах я побывал. В кладовой у мистера Амоса воняет сигарным дымом и спиртным, а у миссис Балдок полная комната куколок в кринолинах. Спальня мистера Амоса будет пороскошнее, чем у графини. У него круглая кровать. Обитая малиновым шелком.

Тут я отвлекся окончательно. Попытался вообразить себе, как мистер Амос ворочается на круглой малиновой кровати. Это оказалось потруднее, чем представить себе графиню в ряду девиц из кордебалета.

– Врешь ты все, – сказал я. – Мы же почти не разлучались.

Кристофер усмехнулся – или передернулся. Обхватил себя руками поверх ночной рубашки и сказал:

– Грант, какой же ты простофиля! Создать собственный фантом проще простого. Вам всем казалось, что я стою у стенки, пока графиня лопает свой ужин. Я же знал, что в это время мистер Амос точно занят только ею. Ты сам подумай, Грант. Много я в последнее время смотрел на тебя или заговаривал с тобой, когда подавали ужин?

Я сообразил, что вовсе не смотрел и не заговаривал. Удивился.