Сказочное невезение

Даже когда все постельное белье и полотенца оказались рассованы совсем не по тем шкафам на разных этажах, слуги сказали, что это опять привидение, и испустили еще один вздох.

Но вот когда ближе к концу дня вся наша форменная одежда вдруг поменяла цвета, это уже трудно было списать на привидение. Вместо золотых и коричневых полоски вдруг сделались яблочно-зелеными и кремовыми.

Эта перемена крайне огорчила мисс Семпл.

– Ах, Конрад! – воскликнула она. – Что же это такое творится? Это те самые цвета, которые были во времена моей мамы. Мама их и поменяла, так как считала, что они приносят несчастье. Зеленый, кстати, приносит. Вот и в те времена неприятности шли чередой – в конце концов в Столлери едва наскребли денег на новую форму. Ох, как бы не поджидали нас какие беды! – добавила она и, как обычно, промчалась мимо.

Весь этот гомон и кавардак еще продолжались, когда внезапно вернулись графиня и леди Фелиция.

Графиню с леди Фелицией ждали не раньше следующего утра – перед самым прибытием гостей. Но они, похоже, быстро покончили со всеми покупками и вот, явились – на трех машинах, которые остановились у парадного входа.

Их появление вызвало жуткий переполох. Я как раз пришел на кухню на занятие по кулинарии, но мистер Максим немедленно отослал меня прочь, потому что нужно было срочно готовить дамам ужин. Он сказал, чтобы я пошел и помог в вестибюле. Когда я проходил мимо лифта, оттуда выскочил Хьюго и помчался в гараж выяснять, куда уехали граф Роберт и Антея, чтобы по возможности вернуть графа обратно. В зале с черным полом происходил главный переполох, то, что мистер Прендергаст назвал «генеральной репетицией перед завтрашним спектаклем». Лакеи неслись вниз с чердака и вверх из подклети – и, что удивительно, все оказались на местах в тот самый момент, когда мистер Амос (за правым плечом у него, как тощее черное пугало, маячил мистер Прендергаст) распахнул огромную парадную дверь, а Франсис с Эндрю потянули створки в разные стороны.

Графиня вплыла в вестибюль – с плеч ее стекала новая меховая накидка. Передавая ее Манфреду, ее светлость обвела нас всех милостиво-удовлетворенным взглядом, хотя, похоже, ее слегка озадачило то, что теперь мы одеты в зелено-кремовое.

– Амос… – начала она.

Мистер Амос откликнулся:

– Я забыла, что собиралась сказать, – проговорила графиня. Похоже, она, как и мистер Амос, не замечала перемен. – Все ли в порядке?

– Разумеется, миледи, – ответил мистер Амос.

При этих словах он обернулся и бросил взгляд на красный резиновый мяч, выкатившийся из библиотеки. Посмотрел на меня. Я поднял мяч – ощущение было такое, что его пришлось вырывать из сжимавшей его руки. Я передернулся, бросил его в библиотеку и закрыл дверь.

– Где же тогда граф Роберт? – осведомилась графиня.