4
0— А вы умеете развлекаться, Елизавета Петровна, — подымаюсь со стула с серьезным видом, начинаю думать, что нужно взять с собой.
— Смешно, Олег Борисович, там человека сейчас сожрут.
— А почему не позвонили? Федор, идем со мной, — говорю я нашему врачу. - Петров на пульте остаешься, а где стажер?
— Наш Викинг спасает застрявшую в ведре ногу. Сложный вызов, — смеется Петров.
Подхожу к двери, открывая ее перед перепуганной и дрожащей девушкой.
— И как вы определили, что это именно волчица?
Девушка бежит впереди меня по тропинке, потом оборачивается. У нее жуткая паника на лице, такой не было, даже когда она почти замерзла насмерть в морозильнике. Федор немного отстает, отвечая на звонок мобильного телефона.
— Потому что у нее нет ну этой штуки, понимаете? Страшная такая собака.
Мы смотрим друг другу в глаза. У нее они синие, яркие, как чистое небо в солнечную погоду.
— Страшная собака без штуки, понял, — мрачно киваю. — Почему вы не позвонили? — настаиваю на своем без тени улыбки на лице.
— Простите, я забыла ваш телефон, ну номер этот службы МЧС, все вылетело из головы. Я так перепугалась. К тому же вас я уже знаю, знаю, вы поможете.
— Дикие животные опасны, а помочь обязан любой спасатель. Но так бы вызов был зарегистрирован по всем правилам. Нужно все делать согласно инструкции, — отчитываю девушку.
Но она меня не слышит, ее буквально трясет.
— К тому же она грызла руку технолога, знаете, звук этот сосущий, как будто кость обгладывают. Ужасное ощущение. Зина так орала…
— Животное уже напало на человека? — притормаживаю, а потом срываюсь с места, переходя на бег.
Федор резко прерывает разговор по телефону и бежит за мной, в его руках медицинский чемоданчик.
— Ну конечно! Напала, конечно!
Лизавета бежит за нами, но из-за шока и стресса спотыкается о корень дерева, падает, почти летит кубарем в кусты. И я впервые за много лет нарушаю правила. Обернувшись, делаю не то, что должен. Мое дело оценивать ситуацию по принципу польза/риск. И сейчас моя помощь важнее для некой Зины, чем для боксерской жены.
— Федор, вперед! — кричу врачу, называя адрес.
Это совсем рядом, поэтому машина нам не нужна.
Поднимаю побледневшую от ужаса Лизавету.
— Ногу не подвернули? — тяну за локоть.
— Нет, я в порядке, только голова кружится, и дышать сложно.
Теперь мы бежим вместе.
— Женщины бывают двух типов: матери и проститутки. Вы у нас какая женщина, Елизавета Петровна?
— Что? Это к чему сейчас? — пугается она моего вопроса, глаза выпучила.
— Это я пытаюсь вас отвлечь от мыслей пагубных.
— Тогда мать, потому что проститутку я не потяну, темперамент не тот, — кашляет девушка. — Это ж уметь надо, выполнять свою работу качественно.
А я холодно смеюсь, когда мы приближаемся к калитке.
