0
0Двери в храм были сделаны из какого-то сплава серебра. Даже не совсем двери, ажурные кованые ворота – кажется, пальцем тронь…
Кто-то сорвал узоры с морозного окна, и они отвердели под руками мастера.
Эдмон коснулся витого серебряного шнура. Внутри храма мелодично зазвенел колокольчик…
Женщина, которая вышла на звон, была странной. Алаис даже не сразу поняла, в чем дело, а потом…
Белые, почти полностью седые волосы. Лицо, лишенное возраста. Белая с синей оторочкой одежда – и яркие, невероятно синие глаза. Глубокие, как море, прозрачные, как небо…
Но не та морская синева, что была у Короля, нет.
Море диктовало свои правила, небо взирало свысока.
– Вы пришли услышать голос Маритани. Вы имеете право.
Алаис крепко вцепилась в руку Луиса, показывая, что без него не пойдет. Мариитка поглядела на них. На миг ее лицо стало отрешенным, словно она что-то услышала.
– Вы, двое. Вы войдете первыми… Больше никто не хочет услышать голос моря?
Больше желающих не было, и Алаис порадовалась, что с ними не поехали ни магистр, ни Далан. Действительно, ни к чему.
Двери медленно открылись, и Алаис с Луисом, рука об руку, перешагнули порог.
Внутри храм был почти не украшен. Просто белые стены, расписанные видами моря. Самого разного.
Рассветное, закатное, штормовое, грозовое…
И в этом морском безумии совершенно терялся алтарь, при виде которого Алаис восхищенно выдохнула.
Алтарь не был камнем, это была раковина таких громадных размеров, что внутри спокойно поместился бы двуспальный диван.
– Тридакна, – выдохнула Алаис.
Она знала, что эти ракушки могут быть до двух метров длиной и килограммов по триста весом, но чтобы так?
Тут все пять метров! А в килограммах и представить страшно…
Жрица, которая сидела внутри раковины, на белой шелковой подушке, шевельнулась. Она была похожа на свою товарку почти как две капли воды, только старше.
– Вы пришли услышать голос моря?
– Да, – решительно ответил Луис.
Позади закрылись двери, и на миг им стало страшно – но лишь на миг, потому что в следующую секунду…
Жрица шевельнулась, нарушая свою неподвижность, провела руками по волосам…
– Ирион! – не удержался Луис.
Потому что узнал женщину с корзиной устриц. Лицо не плавилось, не меняло очертания, но выражение его на миг стало таким знакомым…
Алаис тоже не удержалась. Сложно не узнать девчонку, которой она подарила бандану, еще тогда, в первый свой визит на Маритани…
– Я, конечно.
