0
0Вот вбегают другие жрицы, вот уносят тело, вот выпроваживают их…
В себя она пришла лишь на корабле, сидя на палубе в обнимку с Луисом. Да уж, сходили, помолились.
Ночью Алаис опять приснился сон.
Ей снился Замок над Морем, но не такой, каким он был в дни расцвета. Роскошные мраморные полы, витражные окна, флаги на башнях…
Сейчас флаги были спущены, появились черные вымпелы – умер Король, и замок словно окутался пеленой тумана. Серого, скорбного, грустного…
И по коридорам дворца медленно шла женщина.
Синее платье, синий платок, окутывающий голову, королевские цвета, которые вовсе не казались неуместными на ней.
И прядь светлых волос, скользнувших на плечо.
Она медленно открывает дверь в тронный зал, проходит его насквозь и начинает спускаться по винтовой лестнице.
О, Алаис знает это помещение.
Она видит все глазами женщины, но она бывала здесь и раньше.
Не тот, что наверху, нет. Истинный, потаенный.
Женщина останавливается там, где в ее раннем видении стоял Дион.
Хотя – нет, не там… чуть подальше, чтобы не полететь в водоворот головой вниз. И что-то делает с одной из колонн.
В воронку водоворота Алаис старается не смотреть – жутко. Уже заранее жутковато. А вот женщина во сне такого страха не испытывает, она делает пару шагов вперед, достает откуда-то из одежд обсидиановый нож, очень похожий на тот, которым и сама Алаис резала себе вены, касается вытянутой вперед руки.
– Кровью Моря, кровью Королей. Пусть проклятие падет на всех потомков предателя. Властью Моря, силой крови я налагаю оковы. И не упасть им, пока не придет новый Король. А слово мое крепко…
Капли крови падают в воду крохотными синими звездочками, вспыхивают на лету, гаснут в воронке…
И из глубины начинает подниматься нечто громадное…
Жуткое, нечеловеческое…
Алаис проснулась раньше, чем увидела это.
– Ты в порядке, солнышко?
– Нет, – пролязгала зубами женщина. Луис, не говоря лишних слов, сгреб ее в охапку и потащил к камину, благо, тот не погас.
От вина Алаис отказалась, а воду выпила с благодарностью, правда, пролив половину. Но разве это важно?
– Маритани. Она заперла Ириона своей кровью, не давая выбраться.
Луис отнесся к вопросу более прагматично.
Алаис задумалась всерьез.
– Не знаю. Об этом я не читала.
– Вот и отлично. Будет о чем расспросить маританцев…
– Еще, когда приедем, надо будет попробовать приложить королевские регалии.
Алаис показала взглядом на свой живот.
– Я читала, что ребенок уже в утробе матери все видит, слышит и понимает. Вот, почему бы и не начать сейчас?
Луис только головой покачал.
– Я не хотел бы подобной судьбы для своего сына.
