0
0– Раздевайтесь! Извините, не помогаю вам снять пальто, боюсь приближаться, я болен, у меня грипп!
– Ничего, я как-нибудь сам! – И умница Глеб Алексеич слегка притворил входную дверь.
Тут появилась запыхавшаяся Матильда, и знаком показала мне, что ничего подозрительного не заметила. Мы припали к двери.
– Глеб Алексеевич, идемте на кухню, я хоть чаю поставлю! Сколько же мы не виделись?
И они ушли на кухню. Вот черт, теперь ничего не слышно. Тогда Мотька набралась наглости и на цыпочках вошла в квартиру, мне ничего не оставалось, как последовать за ней. Не беда, решила я, если нас обнаружат, Глеб Алексеевич в обиду не даст. Пока что с кухни доносились какие-то обрывки фраз. Но вот, видимо, чай был налит и после паузы Виктор вдруг спросил:
– Глеб Алексеевич, что же вас привело ко мне?
– Ваша непорядочность, друг мой! Только ваша непорядочность!
– Что вы имеете в виду? – дрогнувшим голосом осведомился Виктор.
– Виктор, я не буду читать вам мораль, это уже не имеет смысла, но я хочу знать, для кого предназначался мой препарат? Для кого и для чего?
– Ей-богу, не знаю, Глеб Алексеевич, о чем вы говорите?
– Знаете, еще как знаете! И советую вам сразу сказать, тогда у вас еще есть шанс выкарабкаться из этой истории с наименьшими потерями!
– Виктор, вы давно на крючке! Имейте в виду, что коробка, которую вы сегодня получили, туфта!
– А вчера вы своими руками отдали настоящую!
– Значит, этот мальчишка…
– Мальчишка замечательный, он-то вас и разоблачил!
Мы с Мотькой переглянулись. Это было несправедливое заявление!
– Короче говоря, Виктор, все ваши художества мне известны! И попытка проникнуть в мою квартиру в поисках ключей от лаборатории, и баллончик с таким замечательным составом, который вызывает локальную, я бы даже сказал, точечную амнезию; кстати, мне известно происхождение этого состава, не думаю, что ваши друзья погладят вас по головке за это…
– Но как?.. Откуда?..
– Неважно! Если вы сейчас не скажете, куда и кому предназначался препарат, я немедленно вызываю милицию!
– Там будет видно, все зависит от тяжести вашей вины!
Ого, какой он, оказывается, крутой, этот Скавронский. А с виду лох лохом!
– Хорошо, я все расскажу вам! Только умоляю, не надо милиции, Глеб Алексеевич! Поймите, я попал в безвыходное положение! Когда меня уволили из института, я остался на бобах, кому сейчас нужен химик? Тогда Зина, моя жена, заставила меня пойти на курсы парикмахеров, я их окончил не без успеха и устроился в парикмахерскую у Савеловского вокзала.
