0
0Она по происхождению русская, но всю жизнь прожила в Париже, танцевала в «Гранд-опера». Она прелестный человек, и я очень ее люблю.
– С Ниночкой и с дедом? – переспросила я. Это, конечно, меняет дело. Деда я люблю больше всех на свете.
– Вот именно! А ты небось уже вообразила, что тебя отдадут в монастырский пансион, как в книжках пишут, да? Мадемуазель Нитуш наших дней? – развеселился Сережа. – А что касается Мотьки и других твоих друзей… Знаешь, Аська, рано или поздно вы бы все равно разошлись по разным институтам… Это неизбежно!
– Но вы же с папой с детства дружите!
– А кто вам мешает дружить? Дружба только тогда и имеет цену, когда проверяется временем и расстоянием, поверь моему опыту… И если у вас с Мотькой все по-настоящему, вы с ней будете дружить до глубокой старости… Ой, что это я тебе лекцию читаю на тему о любви и дружбе… Обещаешь меня не выдавать?
– Клясться не обязательно, достаточно просто пообещать, – грустно усмехнулся Сережа. – Ладно, беги к своей Мотьке.
Сережа ушел, а я осталась у лифта в полном смятении. Так, необходимо взять себя в руки и не показывать виду. Не надо, чтобы Матильда догадалась, что у меня сердце не на месте.
Она встретила меня совсем сонная и не обратила внимания на то, что я сама не своя.
– Где тебя черти носят! Я спать хочу, умираю! Я тебе уже постелила!
С этими словами Мотька плюхнулась в постель и мгновенно уснула, а я осталась наедине со своим смятением. Конечно, жить в Париже, да еще с дедом и Ниночкой – мечта! Но… как же Матильда, мы с нею дружим с пяти лет, верная подружка, которой можно доверить все… А Митя? Костя? Они ведь тоже не чужие уже… Без нашей школы я, положим, вполне проживу. Ой, а может, в Париже удастся обойтись без химии? Вдруг меня отдадут в какую-то гуманитарную школу? Где не проходят химию? Но как же наш «Квартет»? Хотя, если говорить честно, «Квартет» уже не тот… Сережа прав, рано или поздно мы разойдемся в разные стороны. Митя уже сделал первый шаг, когда вошел в команду по брейн-рингу. И тут я вспомнила про Олега. Мне сразу стало легче. Олег влюблен в Мотьку и обещал на зимние каникулы увезти ее в Петербург. Вот и хорошо, они в Питер, а я в Париж! Перед глазами вдруг встала Эйфелева башня, собор Парижской Богоматери, Триумфальная арка… Ну что же, поехать я поеду, надо быть полной дурой, чтобы от такого отказаться, но… Не станут же они насильно меня там держать! А я поживу в Париже на каникулах, осмотрюсь и решу. Сама решу! Какой молодец Сережа, что сказал мне. Почему, интересно, родители так глупо ведут себя? Наверное, они слишком заняты, чтобы понять – я уже выросла.
