0
0– Может, видели, как увозили обломки?
– Нет, мы в школе были! – ответила Мотька.
– А вы вообще-то про взрыв знаете?
– Конечно! Мы его слышали! Мы только со двора вышли, и тут ка-а-ак рванет! – захлебывалась Мотька. – Мы назад, а там… Полыхает уже!
– А вы ничего подозрительного не заметили? Вернее, никого?
– Да нет, не до того было! Машина горит, а на лавочке – Саша!
– Саша? – встрепенулся следователь. – Какой Саша?
– Ну, Саша, мой сосед! Это же его машину взорвали!
– Сосед, говоришь? Это интересно! А ну-ка, пошли на лавочку!
Мы сели на лавку у Мотькиного подъезда. Старух там сейчас не было. Видно, испугались взрыва.
– Ты что же, с ним на одной площадке живешь?
– И давно его знаешь?
– Нет, вчера только познакомились. Он же недавно сюда переехал.
– И при каких обстоятельствах вы познакомились?
– Да при самых обычных! Мы сперва с его женой разговорились, ну, она и позвала нас к себе, мороженым угостила. А когда мы уходили, ее муж пришел, Саша. Вот и все.
– А вам не показалось, что они чего-то боятся? – спросил следователь.
– Нет, – быстро ответила Мотька и слегка наступила мне на ногу.
– И ты не видела, чтобы кто-то крутился возле их машины?
– А я даже и не знала, какая у них машина.
– Тогда как же ты определила, что это именно его машина горит?
– Так проще же пареной репы! Мы примчались, машина горит, люди говорят: «Вон хозяин сидит, ему повезло, что жив остался!» Я гляжу – Саша.
– Я ж говорю – сидел. Вот так – закрыв лицо руками! – И Мотька показала, как именно сидел Саша.
– Потом? Мы в школу пошли! А вы кто? – вдруг спросила Мотька. – Следователь?
– А как ваша фамилия?
– Милютин. Может, вам удостоверение показать? – усмехнулся он.
– Покажите! – нахально потребовала Мотька.
Он полез в карман за удостоверением.
– А между прочим, ты права! Я же должен был прежде всего представиться. Вот! – Он протянул Мотьке удостоверение.
– Так! Милютин Егор Петрович, – вслух прочитала она.
– Ну вот, теперь вы все обо мне знаете, а я о вас – ничего. А между прочим, допросить соседей я просто обязан. Так что уж не сочтите за труд, назовитесь, девушки!
– Я Матильда Корбут!
– Корбут? Была когда-то знаменитая гимнастка Ольга Корбут, это не твоя родственница?
У Матильды просто челюсть отвисла от неожиданности.
– Надо же! Первый раз! – пролепетала она.
– Что? – не понял следователь.
– Дело в том, – поспешила я объяснить. – что, когда она называет свое имя, все всегда поют «Кто может сравниться с Матильдой моей», а про Ольгу Корбут до сих пор никто почему-то не спрашивал.
– Так вы и вправду родственницы?
– Нет, я про нее только от мамы слышала. Она говорила, что хотела меня Ольгой назвать, а бабушка потребовала, чтобы меня назвали Матильдой.
