3
0В образовавшуюся щель просунулась голова Тишотки. Увидав, что, кроме хозяйки, в комнате никого нет, пес бросился к ней.
– Милый… милый мой… – только и могла промолвить Дайнека.
Она плакала и приговаривала, глотая слезы:
– Ты не сможешь мне помочь, беги отсюда!
Тишотка так не думал. Пес подпрыгивал, пытаясь лизнуть ее сначала в лицо, а потом в вывернутые назад руки, словно убеждая в обратном.
Оптимистический настрой собаки отчасти передался Дайнеке. Попытавшись раскачаться на стуле, она попробовала переместиться поближе к письменному столу. И это ей удалось. Она продвигалась медленно, сантиметр за сантиметром. Опасаясь упасть вместе со стулом, Дайнека решила немного передохнуть и подумать, что делать дальше.
Даже если она доберется до стола, это ничего ей не даст. Открыть выдвижной ящик, может быть, и удастся, но есть ли в нем что-то острое – большой вопрос.
Решив все же попробовать, она снова начала раскачиваться и понемногу придвигаться к столу. Она боялась упасть, но все же это случилось… Падая на бок, Дайнека очень больно ударила руку, зажатую между спинкой стула и полом.
Расценив падение как желание быть ближе к нему, Тишотка с воодушевлением кинулся к ней, вылизывая поочередно уши, нос и глаза… Дайнека отворачивалась, не в силах избавиться от такого бурного проявления щенячьего восторга. Выворачивая донельзя голову, она оказалась под столом. Прямо перед ее носом лежал канцелярский нож с острым, как бритва, лезвием.
Вытянув губы трубочкой, Дайнека изо всех сил тянулась ими к ножу. Ухватив его, задумалась, что делать дальше. Сама же интуитивно раскачивалась, лежа на боку и упираясь лбом в пол.
Наконец ей удалось перекинуть себя на спину. Изогнутая спинка стула спасла кисти рук. Вывернув голову, Дайнека скинула нож в сторону, чуть переместилась и уже через минуту держала его в онемевших пальцах.
Прошло немало времени, прежде чем она освободила руки. Кожа рук была сильно порезана, но боли не чувствовалось. Дайнека собрала силы, чтобы распутать ноги и наконец освободиться от стула.
Тишотке нравилась эта игра в кувыркалки. Он тоже принимал в ней участие, взвизгивая и вылизывая ее лицо.
Когда руки отошли, она распутала ноги, но сразу встать не смогла – пришлось их растирать.
Выбираясь из комнаты, Дайнека услышала звонок своего телефона. Мобильник валялся в коридоре, у самой двери.
Она схватила трубку и прижалась к ней ухом.
– Дайнека, у тебя все в порядке? – спросил голос Джамиля.
– Нет! Нет! – закричала она хриплым голосом. – Все плохо! Меня здесь хотят убить!
– Я на даче. Одна. Он хочет меня убить, как убил Нину! Это Вилор!
– Немедленно выбирайся оттуда! У тебя там есть машина?
– Да, – сказала она, всхлипывая.
