10
0— Я повертел головой, проверяя, всю ли счистил щетину.
Может, конечно, дело в поисковиках и случайно проваливающихся с той стороны продуктах. Только мне в это почему-то совершенно не верится. Особенно после утреннего рассказа Гамлета. Вот если подставить в это уравнение кондукторов, то все становится на свои места. Несколько человек через Границу переходят на ту сторону, закупают там товар, вычисляют место и время открытия окна и проваливаются сюда. И не надо тонны харчей на своем горбу через границу волочь. Почему оружием и патронами почти не занимаются, тоже понятно: для этого и связи на той стороне нужны, и риск куда выше. Сядет на хвост ментовка или ФСБ — и что делать?
Все вроде сходится, только непонятно, что они отсюда вывозят и почему серебро не завозят? Хотя с серебром, если они ориентируются на перспективу, все ясно: один раз на этом деле наваришься, но рынок надолго обрушишь. За такую подставу тебе свои же горло перережут. А вывозить могут…
— Ну, где они? — посмотрев на часы, раздраженно протянул Гриша и сбил меня с мысли. — Сколько можно?
— А что они вообще здесь делают? — еще раз взглянул на вывеску я. Странное место для встречи с коллегами.
— Другого времени не нашли?
— Они только утром с тренировочного лагеря вернулись. А тянуть нельзя — сопротивляемость магии почти на нуле. Никакие амулеты не помогут.
— Никого получше подыскать не могли? — цыкнул я.
Из всего этого можно сделать два вывода. Те, кого мы ждем, новички — другим наносить татуировку с усиливающим иммунитет заклинанием незачем. Это во-первых. Работать предстоит за стенами Форта — иначе никакой срочности в этих татуировках просто-напросто нет. Это во-вторых.
— Не знаешь, как такие дела делаются?
— Знаю, — вздохнул я.
Мне б не знать. Самому в прошлый рейд Ветрицкого навязали. Но он, что ни говори, тогда нам крепко помог.
— Вон они. — Григорий завел машину и указал мне на двух высоченных, крепкого сложения молодых парней, которые вышли из салона татуировок и подошли к машине. — Долго вы.
— Искололи всего, — проворчал один из братьев, с трудом устраиваясь на переднем сиденье. Он расстегнул ворот камуфляжной куртки и почесал покрасневшую кожу. На немного припухшей шее явственно чернел сложный узор татуировки. — Гадостью еще какой-то кислой напоили.
— Ты пил, что ли? — удивился его брат, согнувшийся в три погибели на сиденье рядом со мной. — Я выплюнул втихаря.
— Это Лед, он с нами, — представил меня Григорий и, газанув, выехал с обочины на дорогу.
— Первый, — протянул мне здоровенную ладонь парень, сидевший на переднем сиденье.
— Второй, — поздоровался мой сосед.
— Это вы по очередности рождения? — пошутил я.
И как их различать? Пока еще голоса запомню. На вид-то будто клоны. Лет по двадцать.
