12
0— Там катакомбы под горой. — Я примотал на ноги снегоступы и искоса посмотрел на колдуна. — Жан, вы зачем Ветрицкому телепорт оставили?
— А! Ерунда, нам бы он сейчас не помог, — отмахнулся старик. — Через границу никакой телепорт не перебросит. Вот если Николай через нее обратно перейдет…
— Все равно он им воспользоваться не сумеет.
— Как от маяка устойчивый сигнал пойдет, так сам сработает.
Дальше шли молча. К чему на болтовню силы тратить? Сначала все было неплохо, но вскоре я выбился из сил и не отставал от Макса и Жана только потому, что указывал путь. А старик-то двужильный, хоть по виду и сущий божий одуванчик. Снова поднялась температура, в висках застучали молоточки боли, и выбирать нужное направление становилось все трудней. Благо, мы в чащобу не углублялись, а шли вдоль дороги.
Но даже плохое запросто может смениться еще худшим. На рейнджеров мы нарвались уже у самой Лысой горы, когда перебегали через дорогу. К нашему счастью, два автоматчика заметили нас слишком поздно, и прежде чем они открыли огонь, нам удалось скрыться в лесу.
— Жан, — на бегу прохрипел я, — ты же колдун! Зачаруй их!
Рейнджеры не отставали. Где-то на лесной дороге заурчал мотор. Скоро загонят.
— У них глушилки, — уставившись куда-то в одну точку, выдохнул Жан. — Где твои катакомбы?
— Уже добрались, почти…
Мы выскочили из леса на узкую тропинку и, посрывав с ног снегоступы, устремились к видневшемуся на склоне горы дому, сложенному из толстенных бревен.
— Бегите! — Добравшись до середины склона, я развернулся, опустился на одно колено и начал стрелять по появившимся из-за деревьев рейнджерам. Закутанные в маскхалаты горожане залегли у деревьев и сразу слились со снегом. Выдавали их расположение только вспышки выстрелов. Но мы оторвались прилично — пусть патроны зря тратят. Тем более мне их пули пока не страшны: «Чешуя дракона» еще работает. Поняв мой замысел, стрелки начали короткими перебежками сокращать дистанцию. Пора рвать когти.
Бежать в гору было совсем не легко. Ноги налились свинцом, а в отхаркивающейся при кашле мокроте начали алеть пятна крови. В голове где-то прямо за глазами нарастала режущая боль. Жана нигде видно не было, а хромающего Макса я догнал уже около сруба.
— Что случилось? Быстрее в дом!
— Еп! Посох Морозко им в зад! — Макс зашатался, едва не упал и запрыгал к двери на левой ноге. — Зацепили!
Я ухватил его за плечо, и в этот момент в стены сруба начали кучно ложиться пули, а потом, мелко завибрировав, отключилась «Чешуя дракона». Мигом позже бок обожгла острая боль, и мир закрутился колесом. Перекувыркнувшись несколько раз через голову, я растянулся на тропинке и сообразил, что проблемы не с миром, проблемы со мной — под ребра словно засунули раскаленный прут.
