12
0— Я опустил на лицо вязаную шапочку. — Двинули.
— А у нас вроде коньков нет. — Николай смотрел на блеснувшую впереди гладь замерзшего озерца. На совершенно прозрачном льду не белело ни одной снежинки. Странно, снег-то куда девался? Не чистят же его здесь.
— Делов-то! Разбежимся и перекатимся, — уже приготовился рвануть вперед Макс, но его остановил Жан.
Я взглянул, куда указывал колдун, и обмер: в толще льда неторопливо двигалась тень. На мгновение темное пятно приблизилось к поверхности, и над ледяной гладью плавно выдвинулся матовый плавник. Немного проплыв у поверхности, здоровенная рыбина вновь ушла на глубину, а на льду не осталось даже трещинки. Это что за чудище?
— Я т-туда не пойду! — немного заикаясь, заявил Ветрицкий.
— Может, мираж? — обернулся ко мне Макс.
— Ага, мираж. Оттяпает полноги этот Моби Дик, и что делать?
— Лучше бы обойти, — нейтрально заметил Жан.
Я возражать не стал, и мы двинулись в обход. К счастью, озерцо по размерам не превышало футбольного поля, и крюк вышел совсем небольшой. Но до тех пор пока поле не скрылось за густо разросшимися деревьями с узкими синеватыми листьями, у меня по спине бегали мурашки. Обошлось. А вот вынырнул бы ЗИЛ с чем-нибудь типа ДШК в кузове, и все — кранты. Теперь хоть время спрятаться будет. Да и снегоступы на дороге снять можно.
— А почему небо черное? — вдруг остановился, задрав голову, Ветрицкий.
— Не черное, а темно-синее, — поправил его я. — Черное оно дальше к северу.
Жутковатый пейзаж. Почти черное небо со свинцовыми пятнами облаков. Алый шар солнца. Узкие и острые темно-синие листья на деревьях. И сверкающая под солнечными лучами незапятнанная белизна снега.
— Не вижу разницы, — передернул плечами Николай. — А дорога куда ведет?
— Никуда, — настороженно оглянулся Жан, но, не увидев ничего подозрительного, немного успокоился. — На север она ведет, только нет там ничего.
— А кто тогда по ней ходит?
— Кто только не ходит, — хмыкнул я. — Охотники за дичью, дровосеки за северным кедром и лиственницей, черные копатели в руинах пошарить. Травники — вообще не поймешь, зачем.
Глотнув холодного воздуха, я закашлялся. В легких лопнул пузырь со студеной водой и ледяным крошевом. Надо с болтовней завязывать.
Когда лес остался позади, по обочинам дороги потянулись пучки торчащей из снега травы, а впереди на высоком холме показались развалины башни. Крепость возвышалась всего на три этажа, выше торчали закопченные каменные обломки.
— Здесь люди жили? — засмотрелся на холм Николай, за что и заработал от Макса толчок в спину.
— Не думаю, что люди. — Жан внимательно оглядел вытянутые треугольники бойниц и, сойдя на обочину, сорвал молочного цвета плод. Ветви куста сгибались под тяжестью еще полусотни крупных ягод.
