2
0«Значит, он, несмотря на ранение, до сих пор работает охранником у Архиповых. Ну да, его же и очевидцы из числа ресторанной обслуги упоминали, я же протоколы читала. И это при том, что не сумел сохранить жизнь своего босса. Обычно с такими телохранителями сразу расстаются, увольняют. А этого оставили в семье. Интересно, почему?» – подумала Катя.
Но тут ее внимание привлек мэр Журчалов. Словно по беспроволочному тайному телеграфу, по Электрогорску уже распространилась весть о приезде шефа криминальной полиции области полковника Гущина, и мэр, бывший коллега и опер, примчался на новеньком служебном «Фольксвагене». Они с Гущиным сразу стали что-то оживленно обсуждать. И Катя поспорила бы на свою зарплату, что толковали они о той самой «вендетте», о прошлых громких убийствах.
Но Катя решила, что в Электрогорске она должна действовать по своему собственному плану, быть может, отличному от планов полковника Гущина.
– Извините, что перебиваю, – обратилась она к Журчалову, – сколько кладбищ в городе?
– А с какого примерно года хоронят на новом, не можете сказать?
– Могу – с середины шестидесятых.
– На трамвае до старого кладбища отсюда далеко?
– Пятая остановка, ехать в сторону, противоположную от завода. Так и называется – «Кладбище», а новое у нас за шоссе, на автобусе надо ехать или маршрутке.
– Спасибо, товарищ полковник, я убываю, вернусь часа через два, – Катя доложилась Гущину.
Тот лишь плечами пожал: ведомственная пресса хоть и при погонах, а вольный воробей.
Про свой «план» Катя собиралась «доложиться» ему чуть позже.
Она дошла до трамвайной остановки, изучила расписание и перешла через рельсы. Ехать в противоположную сторону от завода, значит, не эта остановка, а та, что в пяти метрах напротив.
Остановка – «Рынок»… В трамвай набился народ, но на следующей остановке «3-й микрорайон» снова стало свободно, проехали «Станцию-сортировочную», затем «Курбатово». И вот – «Кладбище. Конечная».
Катя поежилась. Юмор у местных черный.
Старое электрогорское кладбище ничем не отличалось от всех других старых подмосковных кладбищ. Заросшее лесом, огороженное бетонным забором, зажатое федеральной трассой с одной стороны и дорогой, уходящей в сторону Курбатова.
Катя направилась в кладбищенскую контору. За компьютерами, отделенные от посетителей стеклом, как рыбы в аквариуме, сидели «похоронщики». Катя предъявила удостоверение, сказала, что ее направил лично мэр Журчалов и что ей срочно нужен директор кладбища.
И он сразу возник – откуда-то из недр, из-за стеллажей, уставленных папками. Внешне довольно молодой, этакий деляга, в джинсах и кожаной куртке с модной стрижкой, уложенной гелем.
