1
0Конечно, будут неприязненные, когда у них роскошная квартира в правительственном доме в Романовом переулке неразделенная! Точнее, после смерти отца, министра, оформлена в собственность на нее, на Юдину, сестру, а не на него! У нее своя квартира была в Красногорске и плюс эта в самом центре Москвы, у Кремля, стоимостью в несколько миллионов долларов. А у него, Олега Гайкина, только однокомнатная студия на Крылатских холмах. Видно, ему отец-министр ее сделал. А в остальном лишился сынок всего министерского благосостояния. Все к сестре перешло после смерти их матери. А теперь… теперь, когда Юдина мертва, все снова ему достается. Дом в Романовом переулке вам, Екатерина, как не знать – вы там, наверное, постоянно на работу ходите, рядом ведь с Главком это. Там маршалы жили, члены правительства. За такую квартиру можно убить. Тем более что момент представился. Прикончить сестру по-тихому тут, в музее, и свалить все на то, что это убийство связано с исполнением ею служебных обязанностей как государственного аудитора. А на самом-то деле у Гайкина корыстный мотив налицо – квартира, и какая дорогая!
Катя молчала. Ей вспомнилось, как тряслись руки профессора, когда он говорил о сестре, как жадно вдыхал ментол из своего ингалятора. Он был в панике, когда Дитмар его спрашивал о ней… Ну конечно, он был в панике, как же ей это вчера не бросилось в глаза. Хотя все так очевидно…
– О мотиве мы с ним не здесь будем разговаривать, – подытожил Елистратов. – Я за ним лично приехал, потому что он – фигура, профессор, куратор этого самого Древнего Востока, к тому же министерский сынок. Связи наверняка ого-го… Так что вони от его задержания будет много – и в прессе, и вообще. Так, я сейчас в хранилище. Он там, у себя, берем его.
Вместе с сотрудниками МУРа он зашагал в направлении хранилища. Катю и Анфису он с собой не позвал, но они все равно увязались следом. Как же такое пропустить!
Однако дверь в хранилище заперта.
Оперативники начали стучать. Никто не ответил. Магнитный замок на двери, как броня.
– Я его видел с утра в музее, – сказал Дитмар. – Может, где-то ходит? Может, он у Вавич в кабинете, там у них опять проверяющие, сегодня уже в связи с кражей. Гайкин – куратор и хранитель «Проклятой коллекции». Наверное, она его к себе вызвала на ковер.
– Звоните Вавич, спросите о нем.
Дитмар позвонил. Виктории Феофилактовне явно некогда разговаривать с полицейским. Она сухо ответила: нет, профессора здесь нет.
– Ищите его в здании, – приказал Елистратов.
