1
0– Ситуация в норме, мы контролируем спецхран, – послышался растерянный голос охранника. – Какой-то глюк… сбой, мы не можем понять, в чем причина масштабного отключения. Все снова работает.
Юсуф положил телефон на стол.
– Вот что было бы сделано, – сказал он тихо, – если бы я явился в музей с целью ограбить и убить. Но я пришел сюда исполнить посмертную волю человека, которому служил. Уважаемый Ибрагимбек желал, чтобы коллекция принадлежала этому музею вечно и чтобы этот музей процветал и помнил его. И я исполняю его волю. Я защищаю музей, потому что дар моего хозяина теперь в этих стенах, и он останется тут навсегда.
– Заберите телефон, – скомандовал Елистратов лейтенанту Дитмару. – Струну тоже… все на экспертизу… потом. Слушайте, Юсуф, я вам не верю.
– Мне повторить? – спросил Юсуф.
– Нет, дорогой мой, пожалуйста, не надо, – воскликнула Виктория Феофилактовна. – Этот сбой в компьютерах на пульте, там что-нибудь сломается, мы потом год не наладим, там очень дорогое оборудование. А вы его в один момент взломали… Юсуф, мальчик мой, я вам верю… Ради вашего уважаемого хозяина, царствие ему небесное, ради коллекции… пожалуйста, не надо.
Юсуф поклонился Виктории Феофилактовне.
Катя наблюдала за ним с величайшим интересом.
– Я не убивал ее, – сказал Юсуф. – Она была такая красавица… Она не стала бы мешать тому, что коллекцию выставили бы тут у вас. Она мне сама об этом сказала. Потом…
– Ага, значит, вы с Дарьей Юдиной в музее виделись? Разговаривали? – спросил лейтенант Дитмар.
– Мы разговаривали… И я найду и убью того, кто убил ее.
– Когда нашли труп Юдиной, вы прятались в музее, – сказал Елистратов. – Если вы невиновны, почему прятались?
– Не от вас я прятался. Хотя да, можно сказать и так. Потом уже от вас. Чтобы не было лишних вопросов.
– На записи камер вас видно, и вы недалеко от места, где убили Юдину, – сказал Елистратов. – Как вы это объясните? Вы шли к ней?
– Нет. То есть, сначала да, я принес ей документы, и мы с ней поговорили. Она сказала, что не станет препятствовать.
– Но Юдина явилась в музей с проверкой именно с целью воспрепятствовать тому, чтобы коллекция стала нашей, – воскликнула Виктория Феофилактовна. – Юсуф, дорогой мой, она хотела, чтобы мы лишились коллекции.
– Она уже этого не хотела. Я ее убедил. У красивых женщин доброе, нежное сердце, Виктория-ханум.
Катя слушала Юсуфа с напряженным вниманием. Что-то тут есть во всем этом… он многое недоговаривает… хотя голос его выдает, когда он говорит о Юдиной.
