2
0А смерть – это самое сильное воздействие, окончательное, так сказать, – Гайкин достал из ящика хлопковые перчатки.
– Бастет была божеством только кошек, священных животных? – спросила Катя.
– Не только. Кошка в Египте символ плодородия, это женское божество. Бастет олицетворяла собой секс и одновременно материнство. Для нас это странно – такое сочетание, а египтяне все смешивали, как оно и есть в жизни. Секс, постель, могучие силы плоти и материнство, деторождение. Бастет даровала детей и легкие роды женщинам. Ей поклонялись так же ревностно, как богу солнца Ра.
Кристина обошла стол, над которым горел мощный софит, и встала напротив Гайкина.
– Ну что, Олег, вы… ты нам что-нибудь покажешь интересное? – спросила она весьма сухо.
Катя поняла – ей не нравится, что Гайкин так охотно (а ведь не хотел сначала, прочь гнал) беседует с ними.
– Ты ведь, кажется, хотел заняться номером первым? – продолжала Кристина. – Это просто отлично. Получатся прекрасные фотографии для нашей будущей выставки.
Катя оглядела огромный стол. На одном конце притулились ноутбук, кипа бумаг, пластиковые папки со скоросшивателем, но все это сдвинуто, чтобы освободить место…
Под софитом на столе – нечто, прикрытое тканью из льна. Какой-то продолговатый предмет. Не слишком большой. Но и не маленький.
Олег Гайкин осторожно убрал ткань.
На столе – прямоугольный ящичек из полированного дерева.
– Это так называемый номер первый «Проклятой коллекции», – сказал он. – Саркофаг всегда отсутствовал, с самого начала. Так что сказать, кто перед нами… точнее, что это такое, мы не можем. Версий много. На протяжении полувека именно лот номер первый обрастал немыслимым количеством слухов и предположений. Одно установлено точно – это артефакт эпохи Птолемеев, то есть, по меркам Египта не слишком древний. Обнаружен в ходе раскопок все там же, на священном кладбище холма Телль-Баста. Там хоронили храмовых кошек и людей тоже, которые служили храму. Там нет четкой границы между захоронениями.
Он снял крышку полированного дерева.
Внутри – льняная ткань, древесные стружки и сухие листья какого-то растения.
– Учтите, мы с вами не первопроходцы, – сказал Олег Гайкин. – Коллекция постоянно переходила из рук в руки. Артефакты распаковывали, осматривали, затем снова паковали в ящики. Так что и номер первый десятки раз извлекали отсюда, осматривали, изучали.
Он наклонился над странным ящиком. Анфиса грудью сунулась вперед с камерой.
Катя тоже подвинулась ближе, но внезапно…
Нет, тут никого нет.
– Ри, расстели покров, – попросил Олег Гайкин.
Кристина подошла и аккуратно постелила на стол рядом с ящиком льняную ткань.
Гайкин засунул обе руки в ящик и извлек из стружек и сухих листьев…
Кате показалось, что это какой-то сверток.
