2
0За три минуты до этого он успел выбросить за борт надувной плот с радиомаяком. Все четверо членов его команды спаслись в ту штормовую ночь.
Рюрик Гнедич осторожно двинулся вперед. Среди обломков валялось несколько контейнеров. Один из них не сгорел. Точнее, внешний контейнер обуглился до черноты, а вот внутри него что-то блестело.
Рюрик подошел. В сгоревшем контейнере находился еще один из какого-то металла, обшивка его треснула и разошлась. Внутри полно битого стекла.
И там было еще что-то, закрытое, запаянное, а теперь такое незащищенное, доступное.
Рюрик Гнедич отложил ружье, опустился на колени и с любопытством наклонился над разбитым контейнером.
В час пополуночи на учебном аэродроме «Райки», официально закрытом еще в пятницу для полетов и тренировок по причине ремонта взлетной полосы, уже не велось никаких ремонтных работ. Техника – бульдозер, асфальтоукладчик – покинула территорию аэродрома в девять часов.
Но закрытый для полетов аэродром не дремал. Два техника, диспетчер и двое охранников курили на летном поле, вдали от постылых табличек «Не курить! Опасно!».
Диспетчер то и дело поглядывал на моднейшие дорогие наручные часы.
– По всем существующим нормам они уже должны подъехать.
– Сорок минут уже лишних ждем, – сказал техник, зевая во весь рот. – Я всю ночь их тут караулить не нанимался. Самолет заправлен, готов к полету. А что, летчик у них свой, что ли?
– Вроде как свой, – ответил диспетчер.
– Интересно, а кто нам тогда самолет обратно перегонит? Ну, в смысле потом?
– Перегонят, там не оставят. И вообще это не наше дело. Нам платят за подготовку полета. И за то, чтобы аэродром был чистый, без разных там любопытствующих.
– Это ж надо взять и закрыть аэродром на столько дней. И все для того, чтобы какая-то фигня улетела, себя потешила, – не унимался техник, – и что, разрешение на ночной полет есть?
– Все у них есть. Сейчас, наверное, приедут.
В эту минуту, когда техник снова открыл рот, чтобы одновременно зевнуть и потом возразить, раздался сильный взрыв.
Они не поняли сначала даже, где это – в поселке, за лесом, на шоссе?
А потом сухо и отчетливо защелкали выстрелы. Бах-бах-бах! И автоматная очередь – словно град железный ударил по жести.
– Полундра, это что же? Стреляют?! Где это?
– Да не, это со стороны дороги!
Техники, диспетчер загалдели все разом. Молодой охранник сунулся было:
– Я побегу посмотрю!
– Стой, не смей, слышишь? Еще не хватало, чтоб тебя там убили. Звони в полицию!
Автоматная очередь, затем еще одна. И лишь эхо над темным аэродромом.
– Алло, ОВД… полиция? Это с аэродрома «Райки» звоню.
