1
0И бабушка Роза – мать компаньона отца дяди Саши – тоже сказала: нет, не надо, оставь.
Тогда еще они, бабушки, были лучшими подругами и всегда говорили и действовали заодно, как в детстве.
Потому что были живы их сыновья.
А затем наступил полный мрак.
В развалинах гальванического цеха обитает зло. Об этом все в Электрогорске знают, но вслух не говорят.
Нет места хуже в Электрогорске.
Так отчего же эти развалины отцу запретили снести? Как-то они, сестры, спросили это у мамы. Она лишь пожала плечами – наверное, потому что смета сноса оказалась слишком дорогой. Поэтому.
Видимо, о некоторых вещах лучше не спрашивать. Лучше догадываться самой. Узнавать… Но это потом, когда появится время, а сейчас все мысли о подготовке к конкурсу «Мисс Россия». Это же по телевизору показывают на всю страну.
Гертруда залпом выпила зеленый чай – кто-то уже налил его ей из чайничка в чашку и даже бросил туда кусочек лимона и…
– Что за гадость?! Почему такой мерзкий вкус?!
– Я тебе по-тибетски сделала чай, пока ты мечтала, – младшая сестра Виола невинно, лукаво улыбалась. – Они же в Тибете пьют чай с маслом и солью. Вот я и тебе положила кусочек масла и посолила.
Гертруда смотрела на сестер. Офелия лишь руками развела – моя вина, я за Виолкой не уследила.
– Вкусно чай по-тибетски? – настойчиво допытывалась Виола.
В кафе «Шелк» торгового центра, где они сидели, вечно полно молодежи. Это самое стильное кафе Электрогорска, не считая сетевой кофейни на площади.
– Поставь на место солонку, – приказала Офелия Виоле. – Никогда не делай подлостей сестре.
– Я просто пошутила.
– Никогда не делай подлостей, если не хочешь, чтобы мы с Геркой считали тебя дрянью.
– Девчонки, не ссорьтесь, – Гертруда, как старшая и самая мудрая, решила погасить бузу в зародыше. – Вкус у чая по-тибетски, скажем так, жуткий, но оригинальный.
Анна Дмитриевна Архипова, невестка Адель Захаровны и мать сестер, возвращалась в Электрогорск на своей машине из Москвы вместе с водителем-охранником Павлом Киселевым.
Весь этот день она провела в Комитете объединенных профсоюзов, переходя из кабинета в кабинет профсоюзных боссов и выслушивая их вежливые сентенции. В основном недоуменные вопросы и отказы. «Вы что, милочка, там у себя в городе планируете организовать центр рабочего движения? Ах, борьба за свои права, за повышение зарплаты и лучшие условия труда… Да, да, конечно, это так актуально. А вы кто сами, простите? Вдова Бориса Архипова? Бывшего владельца завода, того самого известного Архипова из Электрогорска? Это так странно, чтобы дама вашего круга… и вдруг прониклась идеями рабочей солидарности… А что вам, собственно, нужно?»
Анна Архипова устала объяснять этим самым Объ-единенным комитетам.
