3
0— Конечно, лишь на первое время… в Китеже все больше на западную манеру ныне носят, но Тадеуш такой ретроград… с другой стороны, вы без мужа…
Стася кивнула, подтверждая, что таким полезным в хозяйстве созданием, как муж, еще не обзавелась.
— Ничего, найдете… я отправлю с вами Матренку…
…девица, похоже, именно упомянутая Матренка, бухнулась на колени, глядя на Стасю с суеверным ужасом.
— …она и шить горазда, и вышивать умеет. Тканей… пока пособлю, а то… вы не поймите превратно, но ваш наряд… безусловно, хорош… удивителен… однако… в наших краях люди не поймут. Люди здесь еще большие ретрограды, чем Тадеуш.
Она махнула рученькой, и засияли, засверкали драгоценные камни, украшавшие платье боярыни. Камни были на широких браслетах, и на массивном ожерелье, они переливались на головном уборе, который больше всего напоминал корону, надетую поверх паутинки-ткани.
Стася пыталась вспомнить, как же он называется, но…
— А потому, надеюсь, не обижу вас…
— Нисколько, — выдавила Стася, желая лишь одного — слезть с этой лавки.
— Вот и чудесно, — улыбка у боярыни была такой… искренней, что Стася даже почти поверила, будто та помогает исключительно по доброте душевной. Потом, правда, посмотрела в глаза и успокоилась: все нормально, никакой доброты. Просто этой женщине, которой Стася категорически не понравилась, что-то от нее нужно.
Настолько нужно, что она и платьем поделиться готова.
Белые пальчики боярыни прибрали ткань по бокам, натянули так, что показалось, еще немного и треснет этот несчастный сарафан.
Боярыне тотчас подали шкатулку, из которой на свет появилась пара широких браслетов. Анна Иогановна ловко перехватила ими рукава рубахи.
— Великоваты будут, — Анна Иогановная поморщилась, а Стася вздохнула. Что поделаешь, если руки у нее куда тоньше боярских. — Но ничего, пока сойдет, а после уж свои справите… летник пущай этот останется…
Она отошла, кивнув то ли Стасе, то ли девицам.
— Оно, конечно, надо бы и узорочье подобрать…
— Не надо, — Стася хотела было сойти с лавки, но боярыня замахала руками.
— Погоди… Горынька, тащи пояс! Тот, который наборный, с кольцами. А вот с волосами что делать-то? Срам-то какой… простите, госпожа ведьма, это я так… в ваших-то обычаях, оно, может, и не срам вовсе, а у нас, когда у бабы… женщины волос короткий, так оно только после болезни. Или какого… дела нехорошего.
Покосившись на служанок, что застыли, рты приоткрыв, боярыня доверительно произнесла:
— Разлучницам, случалось, косы стригли.
— И в перьях валяли, — пискнул кто-то, но смолк под строгим взглядом Анны Иогановны.
Стася закрыла глаза.
