5
0– Ты чего, как неродной? Мне что, каждый раз нужно выпрашивать твое внимание? Поцеловать не хочешь?
Чему-то усмехнувшись, мужчина покачал головой в знак отрицания и отвернулся к Риссану, продолжив прерванный разговор. Волк был закрыт. Дракон больше не смотрел в мою сторону, я и его не чувствовала. Улыбка медленно сползла с моего лица, хорошее настроение вмиг испарилось. Стало больно и неловко: «Ну и ладно, навязываться не собираюсь».
– Нэйлар, – нахмурившись, я посмотрела в непроницаемые гранатовые глаза, глядевшие на меня с ожиданием, – мне нужно привести себя в порядок и перекусить. И позаботься о моей одежде. Ты знаешь, что я люблю.
Анарийца и эрхана игнорировала.
– Пойдем, принцесса, я тебя провожу. – Вампир подхватил меня на руки прямо с покрывалом и вышел из комнаты, направляясь в конец коридора, где находилась купальня с маленьким бассейном. По пути нам встретилась пара слуг, которые что-то несли в руках. Заметив нас, они почтительно склонили головы и проводили любопытными взглядами.
Комнатка, куда мы вошли, оказалась небольшой, но уютной. Стены и пол отделаны голубым мрамором. Посередине бассейн овальной формы с прозрачной водой. Нэйлар сразу зажег магические светильники. Поставив меня на теплую плитку, мужчина встал на колено и, опустив руку в воду, нагрел ее до нужной температуры. А затем, убедившись, что все в порядке, поднялся и, слегка коснувшись поцелуем моих губ, собрался уходить.
– Нэй, ты меня вот так просто, оставишь одну? – Я изумленно посмотрела на своего хранителя.
– Что-то не так? Тебе нужна моя помощь? – Густая бровь вопросительно изогнулась, мое божество было холодно: «А с ним-то что?»
– Нет, – буркнула я обиженно, – можешь идти! Не маленькая, сама справлюсь.
– Как угодно моей госпоже, – непонятный блеск в рубиновых глазах, и… меня действительно оставили совсем одну!
Честно, я была в шоке! Захотелось разреветься: «Уж от кого от кого, но от Нэйлара я подобного равнодушия не ожидала. Надоело возиться? Так бы сразу и сказали, а то – дайнэрри!.. Сердце мое!.. Ракшшан!.. Поиграли, а теперь не нужна стала?!»
– Ну и ладно! – освободившись от простыни, залезла в воду, намочив волосы. Выпрямившись, откинула назад тяжелые пряди и, подойдя к краю бассейна, все-таки заплакала, уткнувшись лбом в скрещенные на бортике руки. Начало знобить, сердце глухо заныло, внутри разрастались пустота и отчаяние: «Что не так? Я что-то не то сделала? Не то сказала? Почему мои хранители так со мной холодны? Надоела? Не могу дать то, что хотят, поэтому? Я ведь не просила… сами захотели… больно …»
– Глупая, нельзя ни на минуту одну оставить.
