6
0— Сейчас я вам прочту: «Сим свидетельствую и подписью своей удостоверяю, что мною получена от полковника Жерома де Кулевэна денежная сумма в размере тысячи фунтов в виде компенсации за данное мною согласие воздерживаться от каких бы то ни было враждебных действий по отношению к капитану Бладу как в настоящий момент, так и впредь, до тех пор, пока он остаётся гостем полковника де Кулевэна на острове Мари-Галант или где-либо ещё. Подписано 10 июля 1699 г. собственноручно».
Голос полковника ещё не успел замереть, как Макартни взорвался:
— Сто чертей и ведьм, полковник! Вы что — рехнулись или принимаете меня за сумасшедшего?
— А что вам не нравится? Разве я не вполне точно изложил суть дела?
Макартни в бешенстве ударил по столу кулаком.
— Да вы же надеваете мне петлю на шею!
— Только в том случае, если вы захотите меня надуть. А иначе какая у меня гарантия, что вы, взяв деньги, не пойдёте на попятную.
— Я даю вам слово, — высокомерно заявил вспыльчивый Макартни. — Моего слова должно быть для вас достаточно.
— Ах, вот оно что! Ваше слово! — Француз явно издевался над ним. — Ну нет. Вашего слова никак не достаточно.
— Вы оскорбляете меня!
— Полно! Давайте рассуждать по-деловому, майор. Сами-то вы стали бы заключать на слово сделку с человеком, роль которого в этой сделке бесчестна?
— Что значит бесчестна, мосье? Что, чёрт побери, имеете вы в виду?
— Вы же соглашаетесь нарушить свой долг и берёте за это взятку. Разве это не называется бесчестным поступком?
— Силы небесные! Любопытно услышать это из ваших уст, учитывая ваши собственные намерения!
— Вы сами на это напросились. К тому же я ведь не разыгрывал из себя оскорблённой невинности. Я был даже излишне откровенен с вами, вплоть до того, что мог показаться вам жуликом. Но у меня-то ведь нет нужды нарушать закон, как приходится вам, майор.
За этими словами, сказанными примирительным тоном, последовало молчание.
Затем Макартни произнёс:
— Тем не менее я эту бумагу не подпишу.
— Вы её подпишете и приложите к ней печать или я не выплачу вам денег. Чего вы опасаетесь, майор? Даю вам слово…
— Вы даёте мне слово! Чума и мор! Чем ваше слово надёжнее моего?
— Обстоятельства делают его надёжнее. У меня не может возникнуть искушения его нарушить, как у вас. Я на этом ровно ничего не выгадаю.
Капитану Бладу было уже совершенно ясно, что раз майор Макартни до сих пор не влепил французу пощёчины за все полученные от него оскорбления, значит, он кончит тем, что подпишет бумагу. Только совершенно отчаянная нужда в деньгах могла довести англичанина до столь унизительного положения. Поэтому Блад ничуть не был удивлён, услыхав ворчливый ответ Макартни:
— Давайте сюда перо. Покончим с этим.
Снова на некоторое время наступила тишина.
