1
0— Придется. Или я могу на корпоративе намекнуть, и твои вложения полетят к черту. Не честно? А кого это волнует? Я хочу выиграть!
— Пошел нахрен! И держись от нее подальше.
— Я тебя предупредил, — оскалился Тармуни и вышел из кабинета, громко хлопнув дверью.
И мне бы проводить своего бывшего друга, убедиться, что он вышел из академии, но меня потряхивало от разговора. В голове вертелись сценарии один хуже другого. Тармуни уже обработал дочь председателя, а Лиля имеет влияние на отца, о чем поведала мне, когда я провожал её до дома. Успел сунуться к мутер, и теперь она отслеживает каждый мой шаг и давит Ленку. Даже к моей глупышке подлез… Трахнуть? Ну как же! Тут он обломался, потому что не знает о ней ничего. Здесь он мне сыграл на руку.
Заложив руки за спину, я подошел к окну, отмечая зажигающиеся в сумраке фонари, и успокаиваясь от мысли, что сегодняшний день уже закончен, до выходных остается всего ничего, и если Ганс еще не забрал Елену…
Я сразу посмотрел на парковку в поисках семейного автомобиля и вздрогнул, увидев там машину Тармуни. Он все еще был где-то в академии. Зачем?
Вылетел из кабинета:
— Вера, Потапова сейчас в каком кабинете?
— Я откуда знаю, Андрей Оттович? Я за Потаповой не слежу.
Вера пожала плечами. Я помчался по коридору, на ходу набирая по телефону номер Елены. Паникёр? Определенно. Но после разговора с Багратом, я не сомневался, что он попробует добраться до Лены. Она трубку не снимала, зато пришел звонок от секретаря:
— Её группа на последней паре в четыреста четвертом «ц».
Черт, это другой корпус. Как давно вышел от меня Тармуни? Где он сейчас?
Куда бежать — в корпус, чтобы найти Лену, или на парковку, надеясь обнаружить там Баграта? Я искал его номер в контактах, кивая автоматически дежурным, сворачивая в сторону раздевалки.
Приглушенное ругательство, копошение среди курток и определенно девичье хныканье. Умом понимаю, что вряд ли там те, кого я ищу, но остановился, нажал кнопку вызова и вздрогнул, услышав звонок из-за копошащихся курток в раздевалке.
— Тар-рмуни! — зарычал я и кинулся на звук телефона.
Не разбираясь в ситуации, схватил соперника за шиворот, оттаскивая его от зажатой к стене Ленки. То, что там корчится именно она, не сомневался ни секунды. Запах раздавленных апельсинов и мяты разъедал нос.
— Мр-р-разь, — налетел на него, сбивая с ног.
За спиной подвывала Лена, я разрывался между стиранием угрозы и необходимостью убедиться, что она цела. Плачет — от боли? Избита? Вряд ли, рядом у входа дежурные, они подняли бы тревогу на звуки драки, как сейчас.
Меня оттащили от упавшего на пол, сжавшегося Тармуни. Глазами сразу нашел Лену. Испуганная, с заплаканным лицом, сидит на корточках, трусы на месте.
