Поворот ко мне (ЛП)

Я рассмеялась, посильнее укутываясь в одеяло, и когда Блейн вышел из спальной, Бекон последовал за ним, счастливо вывалив язык на бок.

Когда я проснулась, было почти девять. Головная боль к счастью прошла, и я чувствовала, что ужасно проголодалась.

Зайдя в ванную, я переоделась во фланелевую пижаму, расчесала спутавшиеся волосы и, смыв макияж, почистила зубы. Мне стало гораздо легче, и я вышла в гостиную в поиске Блейна.

Как оказалось, он сидел на диване в джинсах и футболке, которые когда-то оставил в моей квартире. По всему дивану и кофейному столику были разложены бумаги, и он писал что-то в блокноте на свободном участке стола.

Тигр растянулся рядом с ним на спинке дивана, а Бекон предано устроился в ногах. Эта сцена не могла не вызвать у меня улыбку.

Видимо, Блейн почувствовал моё присутствие, потому что он поднял голову и быстро окинул меня взглядом.

– Ты выглядишь гораздо лучше, – заметил он.

– Это так, – кивнула я. – Только ужасно хочется есть.

– В холодильнике лежит запечённый цыплёнок из китайского ресторана.

У меня от счастья засосало под ложечкой. Разогрев в микроволновке ужин, я вернулась в гостиную, и Блейн освободил для меня место рядом с собой на диване.

Подтянув ноги, я проглотила кусочек запечённой курицы и счастливо улыбнулась:

– На здоровье, – угол рта Блейна дрогнул в ответной улыбке.

Телевизор не был включён, но Блейн зажёг гирлянду на ёлке, и комната погрузилась в комфортную тишину, пока я поглощала ужин, а Блейн работал. Тигр постепенно переместился ко мне на колени, и я задумчиво поглаживала его спину. Мне нравилось Рождество. Это было моё любимое время года. За окном падал тихий снег, а комната мерцала красивыми огнями и игрушками.

– Что? – моё внимание снова вернулось к Блейну, который в этот момент наблюдал за мной, и его ручка замерла над блокнотом.

– Ты что-то напеваешь, – заметил он.

– О, – выдохнула я, нахмурившись. – Извини. – Я даже не заметила, что что-то пела, и, разумеется, не хотела его отвлекать.

Я задумалась, пожав плечами.

– Наверное, рождественскую песенку.

– Споёшь её для меня? – попросил Блейн.

Я склонила голову от смущения.

– Конечно, нет. Заканчивай работу, чтобы мы могли скорее вернуться в постель. Я очень устала.

Блейн отодвинул блокнот с ручкой и собрал с дивана все бумаги. После этого он притянул меня к себе, и я со вздохом прижалась к его груди. Меня окружали ночной полумрак и руки Блейна, поэтому, казалось, что со мной ничего плохого случиться просто не могло.

Вот засада. Я не могла ему отказать, когда он просил – я вообще не умела ему отказывать. Я была невыдающейся певицей, но постаралась исполнить «Тихую ночь», как можно более мелодично.

– Красиво, Кэт, – произнёс Блейн на последней ноте, и его голос был хриплым.