7
0Он бегал за дочерью с длиннющей хворостиной и что-то кричал на непонятном мне языке.
– Самино! Самино! Ай-ай-ай, самино!
Я вылез из-под так называемого крыльца и с недоумением стал наблюдать, как взрослый мужчина пытается «ужалить» родную дочь. Правда, мне показалось, что у него несколько раз была такая возможность, но он почему-то делал вид, что отстает. Наконец Игис скрылась в ближайшей роще. Хозяин, проходя мимо, неожиданно замахнулся и на меня, что-то бурча. Признаюсь честно, я испугался и прижал уши – думаю, ну вот, сейчас как врежет. Обидно, правда. За что? Я ведь ничего плохого не сделал. Но и мне досталось всего лишь, видимо, обидное слово «самино». На том все и закончилось. Иными словами, отец на всех нагнал только страху и ушел расстроенный в свой дом-шалаш.
Я побежал разыскивать девчонку. Нашел ее на пеньке неподалеку от дома. Игис плакала и утирала черными кулаками слезы. Вы знаете, на лице чернокожего человека слезы смотрятся иначе, чем на лице европейца. Лицо похоже на спелую сливу. А ручейки – на утреннюю росу. Красиво плачет темнокожий человек! Я прижался к девчонке и лизнул ей щеку. Она улыбнулась и в ответ поцеловала меня в лоб. И тут объявилась Чанга.
– Ревет? – ухмыльнувшись, спросила она и кивнула на Игис.
– И чему ты радуешься? – авкнул я возмущенно. – Что там у них случилось?
– Да ничего такого, но…
Чанга внезапно запрыгнула на дерево, тут же перелетела на соседнее, сорвала там какой-то плод и вернулась обратно. У меня аж в голове закружилось от таких ее передвижений и маневров.
– Извини, прынц, проголодалась, – съязвила обезьяна и с хрустом впилась зубами в неизвестный мне плод. Из него брызнул сок, и Чанга закатила от удовольствия глаза.
– Ты бы уже договорила, что ли, – нахмурился я. – Прыгаешь, как…
И смех, и грех – представляете, я чуть было не ляпнул ей «прыгаешь, как обезьяна». Вовремя сообразил, что это будет выглядеть смешно и несуразно.
– Ибис выпустила всех кроликов из клетки! – объявила Чанга.
– Как это? – удивился я. – Случайно, что ли?
– Трисон, ты смешной такой песик! – обезьяна погладила меня по голове. – Ну как можно выпустить случайно кроликов из пяти клеток? Ты подумал, что спросил?
Отец Игис разводил кроликов. Я много раз видел их – красивые такие, мягкие, пушистые. Жалко, правда, их было, но люди держат кроликов не для красоты.
– То есть она нарочно отпустила всех кроликов? – еще больше удивился я.
– Ну да! – закивала Чанга. – Отец сегодня должен был забивать некоторое количество, вот Игис и решила их спасти.
– Слушай, Чанга, а ведь Игис только что совершила очень доброе дело. Она спасла целую… целое… как они там живут…
– Стаями, – подсказала Чанга.
– Угу, целую стаю кроликов. Где они сейчас?
– Да где же им быть? – рассмеялась обезьяна.
