1
0Еще острее я ощутил, какую допустил грубую ошибку, отправив Славина на наблюдение одного. У парня, конечно ж, не было выбора. Он обязан был оставаться со Штурмом.
— Все так, старина. Ты действовал верно. И получился прокол. Ладно. Стенаниями и биением в грудь не поможешь. Будем исправлять дело.
— А вы думаете, что дочка переправила чертежи?
— Постойте, постойте! У нее и вправду был с собой какой-то сверток в газете! Похоже, книги.
— Что ж ты молчишь? А вернулась она как? С пустыми руками?
— Нет. И обратно пришла со свертком. Но, может, с другим.
Теперь главное — не прозевать очередной встречи Риты со Штурмом. Если мы не ошибаемся, такое рандеву неизбежно. И уж во второй-то раз Славин проследит, куда ведет цепочка от Эрнеста Ивановича…
30. Вопреки теории относительности
Итак, Славин сделался тенью Риты, а мне оставалось одно — ждать.
И тут я интуитивно почувствовал, что вопреки Эйнштейну время двинется быстрее, если буду двигаться я сам. И я стал ходить по городу. В каких только концах не побывал я за несколько дней!
Однажды меня занесло в тот угол городского сада, где располагались теннисные корты. И вдруг мне захотелось тряхнуть стариной — когда-то, еще гимназистом, я не так уж скверно играл в теннис.
Но где взять ракетку и мячи? Просить об одолжении незнакомых теннисистов вроде неловко. И тут я вспомнил, что Захарян как-то к слову сказал, что Денис Свидерский — тот самый бритоголовый сотрудник, который крутил на турнике «солнце», — играет в теннис. Вот у него я раздобуду ракетку!
Но едва я вышел из подъезда гостиницы, мне навстречу попался Кирилл.
— Алексей Алексеич, есть новости. Может, вернемся?
— С инспектором Госстраха ничего интересного пока не произошло. На Большой Морской он никогда не жил. Похоже, сто лет на одном и том же месте сидит. До революции служил в южнорусском отделении страхового общества «Россия».
— Из-за этого ты меня вернул?
— Зато другой Верман, тот, который Георгий Карлович, служил в белой армии.
— Штабс-капитан. Он вообще-то еще в царскую армию добровольцем пошел, как война началась. С юридического факультета Новороссийского университета.
— Вольноопределяющимся?
— Во-во! Вольноопределяющимся. Школу прапорщиков окончил. Ранен был два раза. Георгия заработал.
— Да. Из лазарета выписался, в Одессу в отпуск вернулся, а тут как раз гражданская началась. Его белые мобилизовали. Это все в его анкете есть. Повоевал он у белых недолго. Ранили его. А тут наши Одессу взяли. Лазарет беляки успели эвакуировать, а Верман не поехал. Сбежал к жене. Он как раз и женился, когда в лазарете лежал. Она его невестой еще до войны была.
— Значит, из-за жены остался?
— Наверно. После ранения он долго хромал. А может, и не хромал вовсе, а представлялся.
