1
0— А вот с этим сугубо секретным документом ты знаком? — Я вытащил из кармана пиджака сложенный вчетверо лист бумаги, который по пути захватил у портье. — Полюбопытствуй.
Славин развернул лист и прочитал:
— «Расписание движения пассажирских судов Черноморского пароходства. Навигация тысяча девятьсот тридцать третьего года».
— Взгляни сюда. — Я ткнул пальцем в строку: «Линия Одесса — Нижнелиманск. Пароход «Котовский». — Видишь? «Прибытие в Одессу…».
— «Прибытие в Одессу, — повторил Славин, — шесть часов сорок минут».
— Вольф не вез документы Грюну, — сказал Славин, выпрямляясь на пуфике. — Значит, эта версия — пшик.
— Логично, — согласился я, забирая у него расписание и снова пряча в карман. — Других выводов ты не видишь?
— Вижу. Выходит, у немцев действует еще какой-то канал, который нам неизвестен.
— Опять логично. С одной поправкой. Возможно, один из истоков этого канала нам удалось засечь.
— Считаю твой вопрос чисто риторическим. Кирилл, слушай внимательно, потому что теперь этим займешься ты.
— Я внимательно слушаю, Алексей Алексеич, — сказал Кирилл. — А где это мы его засекли?
Я рассказал об открытии, сделанном в секретной части судостроительного завода.
— Кирилл, — сказал я, — с завтрашнего дня Рита Лазенко — твоя подопечная. Ты должен найти следующее звено этой цепочки. Ясно?
Кирилл молча кивнул. Он воспрял духом.
— Но это не все. Из сообщения Нилина вытекает еще один факт. Коль скоро Вольф приезжал не за информацией…
— Значит, — перебил меня Славин, — они с Верманом занимались здесь чем-то другим!
— Совершенно верно. Итак, у нас задача не с одним неизвестным, а с двумя. И этот второй икс на твоих плечах, Славин. С Вермана не спускать глаз. Что ты о нем узнал?
— Фридрих Верман. Германский гражданин. Инженер-кораблестроитель. Родом из Гамбурга. С 1928 года в качестве иностранного специалиста работал на Адмиралтейском заводе в Ленинграде. В Нижнелиманск приехал по приглашению Аркадия Константиновича Кривопалова, главного инженера судозавода. Кривопалов раньше был замом главного инженера на Адмиралтейском заводе.
— Странно. А до двадцать восьмого года Верман в СССР не бывал?
— По анкете — нет. А на самом деле — кто знает. Если он «наш» Верман, — значит, был.
— Спасибо — разъяснил! Выходит, и это неизвестно. А между тем — самый важный пункт.
— Я понимаю. Постараюсь выяснить.
— С Кривопаловым ты говорил?
— Говорил. Он очень хорошо о Вермане отзывался. Мировой, говорит, парень. И вообще, Алексей Алексеевич, должен вам сказать, маскируется он — блеск! Море обаяния. Морда — женщины наверняка помирают. Словом, не знай я, что он такое, никогда бы и в голову не пришло.
