— Это нормально, думаю, так можно сказать почти обо всех, — я пожал плечами, все еще не понимая — при чем здесь я?
— Его брат Анатолий — достаточно сильный маг. Но управлять делами совершенно не способен. Правда, любит деньги, особенно их тратить. Дорогие рестораны, шлюхи, азартные игры…
— Так, и при чем здесь я? — не выдержав, поторопил я деда.
— Когда сгинул старший род Кутыевых, управление родовыми предприятиями взяла на себя империя, поставив своих управляющих. Род был крепким, заводы хорошие. Несмеяновы поставляли на завод по выпуску сельхозтехники Кутыевых разные узлы и детали.
— Обелиск — это же просто камень? — Я удивленно покачал головой. Виталик ясно помнил, как обнимал своими ладонями холодный мертвый камень, который так и не откликнулся на его мольбы и не признал мальчишку наследником.
— В нём собрана магия многих поколений рода, — продолжил дед, — если наследника нет, он это почувствует, и защитное поле вокруг родового особняка погаснет. Но этого так и не произошло. Поэтому наследство Кутыевых зависло в неясном статусе.
— И что получается? Обелиск все-таки может меня признать?
— Возможно.
— А как же я в пять лет к нему приходил?
— С тобой были паладины. Им проход разрешен, — спокойно пожал плечами дед, как будто объясняя мне очевидные вещи, — твои шансы повышает и то, что в тебе проснулась родовая магия Кутыевых — владение водой. Твоя мать была в нескольких шагах от того, чтобы стать повелителем воды. Еще бы лет пять, и она достигла бы этого ранга.
— Так, и зачем же меня убивать, если никто, кроме меня, не сможет пройти обряд?
— Думаю, если тебя не станет, у Несмеянова появится шанс стать новым главой рода. В них тоже есть кровь старшего рода. Обелиск ощущает кровь и дух рода. Если я правильно понимаю, сейчас он ждет тебя. Но, если ты погибнешь, родовой артефакт переориентируется на того, кто слабее тебя. Если таких нет, он просто погаснет, и имущество рода перейдет в имперскую казну.
— Запутано немного, но, в принципе, все понятно.










