4
0И похрен, что Данил не верит в любовь – я-то его люблю. Моей любви столько много, что точно хватит на двоих.
Только пусть ничего не испортит, пожалуйста.
Я десять лет собирала себя по осколкам, ещё одного нокдауна моё сердце просто не выдержит.
– Ты правда в меня влюбилась? – спрашивает он после всего.
Щёки вспыхивают румянцем. Но я больше не боюсь признаться ему в своих чувствах. Разве любить – это стыдно?
Приподнявшись на руке, согнутой в локте, заглядываю в глаза Данила. Он такой серьёзный сейчас, смотрит на меня из-под опущенного веера чёрных ресниц.
“Давай, Настя, скажи ему. Ты же смелая, помнишь?” – подталкивает внутренний голос и я согласна с ним. Будь что будет.
– Не влюбилась, а не переставала любить, – говорю ему и дрожу в ожидании, наблюдая, как губы Данила ползут в лёгкой усмешке. – Что? Почему ты улыбаешься?
Запустив пальцы в мои волосы на затылке, Данил перебирает пряди. Смотрит так задумчиво, словно подбирает слова, которые меня не обидят.
– Ты хорошая, Настя. Нравишься очень, – тихо произносит он. – Знаю, ты не это хотела услышать, но другого я тебе сказать не могу. Прости.
Сердце глухо ударяется о рёбра.
Чёрт…
Мне не больно, нет. Просто между нами появляется какая-то неловкость, точнее, это Потоцкому неловко, что не может ответить взаимностью. А я ведь и не ждала другого. Я без розовых очков, прекрасно понимаю, что такие как он не меняются.
– Тебе не за что извиняться, Дань. Моя любовь тебя ни к чему не обязывает. Не переживай, я не жду от тебя взаимности. Просто призналась в своих чувствах, потому что их уже не скрыть.
Он улыбается и молчит, а я снова кладу голову на его грудь. Слушаю стук его сердца и успокаиваюсь."
"– Помнишь, что ты мне обещал?
– Я всё помню.
– Не сделай мне больно, когда устанешь от наших отношений. Мы же сможем остаться друзьями, да?
Он усмехается и вместо ответа целует меня в лоб.
Глава 19
– Да брось ты эту рубашку, – остановившись за моей спиной, Данил окольцовывает талию руками, к себе притягивает.
– Не хочу, чтобы ты ходил в мятом.
– Упрямая, да?
– Ага.
– Ясно.
Ухмыльнувшись, Данил разжимает тиски на моём теле. Говорит, что раз я такая вредная, и с этим уже ничего не сделать, то он пока покурит за чашечкой кофе.
– И мне сделай кофе, – кричу ему вдогонку.
Сосредоточившись на глажке, мысленно возвращаюсь к нашему сексу. Какая страсть. Сколько огня. Неужели он не чувствует этой химии между нами? Собирались поужинать в ресторане, но стоило друг друга увидеть после нескольких дней разлуки, как всё пошло к чёрту. И вот я стою с утюгом в руке, глажу его рубашку, которую сама же помяла, потому что хотела поскорее снять её с его охрененного тела.
Улыбка застывает на губах. Снова и снова вспоминаю слова Данила.
