4
0
– Почему вы решили развестись? – не то чтобы мне сильно хотелось рыться в чужом грязном белье, но любопытно, да.
– Потому что всё заебало.
– Долго же ты терпел.
Ухмыльнувшись, Данил поворачивается ко мне лицом. Рукой касается скулы. Я тону в этой нежности. Ловлю каждый миг. Можно я немного обманусь, представлю, что нам снова по двадцать и не было никаких Люд, свадьбы, и прочего, что в реальной жизни нельзя зачеркнуть?
Данил убирает руку от моего лица. Его взгляд становится мрачным, от него будто веет холодом.
– Три месяца назад Люда сделала аборт. Беременность была не от меня.
– Откуда ты знаешь, что не от тебя? – осекаюсь. Мы слишком о личном. – Прости, я не должна ничего спрашивать.
– Я не могу иметь детей, Насть. Узнал про это недавно.
Запрокинув голову, Потоцкий смотрит на звёзды.
Я вижу, как ему неприятно говорить на эту тему. Всё это так по живому. Без анестезии. Ему точно больно, да.
– А я женился, думая, что Люда беременная. Пиздец…
Молчу. Мне нечего сказать. Слишком много всего для одного разговора. Тараканы в моей голове просто разбежались по сторонам. Я не понимаю, что чувствую. Всё это так… поздно?
– Её батя много для меня сделал. Помог заработать первые бабки. Я всегда знал, что Люда меня любит. Не отпустит. Потом привык.
– А ты… ты её когда-нибудь любил?
Спрашиваю, прикусываю губу в ожидании ответа. Если Данил сейчас ответит, что любил, я надавлю зубами на губу ещё сильнее – так, чтоб до крови. Ненавижу когда мне морально больно.
Вернув взгляд на моё лицо, Потоцкий насмешливо улыбается.
– Любви не существует, Насть. Это вам, девочкам, хочется думать, что вас любят. Вы верите в эту любовь как маленькие. Находите себе мужика, вешаете на него весь набор клише и штампов, которые почерпнули из книг и фильмов про эту романтическую хрень. А потом обижаетесь, когда ваши ожидания не оправдываются.
– Если любви нет, тогда что есть? Что людей заставляет быть вместе?
– Расчёт. Есть комфорт, взаимопонимание. Деньги. Да много чего, Насть. Вы это всё называете любовью.
– Я поняла.
Опустив голову, смотрю на свои туфли. Каблук вгоняю в землю. Кажется, я начинаю понимать, что чувствую. Это разочарование, сука. Как в детстве: ты целый год ждёшь, когда тебе на день рождения подарят велосипед, а получаешь альбом и фломастеры. Мол, дочка, не расстраивайся, нарисуй себе что хочешь. Можешь даже велосипед.
– Дань, отвези меня домой. Я устала…
Глава 9
Полночи ворочаться в кровати, обдумывая прошедший день? Это обо мне, да.
Чёрт бы побрал этих Потоцких с их семейными скелетами в шкафу. Я какого-то лешего прониклась словами, приняла всё слишком близко к сердцу.
Поняв, что заснуть не получится, встаю со смятых простыней и босая иду в кухню. Включаю электрический чайник, жду, когда закипит.
