Вознёсшись в небеса, Кай покрепче сжал рукоять клинка и резко перенаправил всю накопленную мощь в татуировку. Все дарованные ему излишней энергией параметры хлынули в Прикосновение Небытия…
Его характеристики вернулись к обычным значениям, а Кровавый Вой Ашциллы внезапно почернел. Сазарэк жутко взревел, и сквозь него ввысь протянулись ветвистые, чёрные пространственные трещины. Вырвавшаяся из спины нежити ударная волна моментально разметала мрачные тучи. Идущий в неизвестной части Беллума дождь резко прекратился, а очистившееся небо озарилось мириадами звёзд.
Кровавый Вой рассеялся, и две фигуры медленно устремились к земле. Воля Кая достигла минимума, а тело и душа ослабли до уровня жалкого Заклинателя или даже воина пика Закалки Души. Вторичное раскрытие Заимствующего Пламени не могло пройти бесследно: длительная и опустошающая слабость стала ценой за кратковременное удвоение всех сил. Этого нельзя было избежать ни с помощью Сияния Пустоты, включая Золотой Свет Забвения, ни Техникой Отрицания, ни даже Руной Обновления. Впрочем, последних у Кая уже давно не было. По какой-то неизвестной причине они, как и многие другие особые Руны, включая даже Руну Истины, уже десять лет как не продавались в Алтарях…
Ударившись о землю, мужчина едва не лишился сознания и жутко захрипел.
Кай не мог поверить своим глазам. Он совершенно не понимал, как кто-то вообще мог пережить его атаку. Впрочем, ответ был получен практически сразу.
Суверен Храма Вечного Пути наконец всё осознал.
Только одна из трёх основных душ Сазарэка находилась в его животе, как это у всех обычно и было.
Призрачные руки обхватили Кая, а в воздухе появилось Воплощение Голода, привязанное к душам главы Культа. Миг, и оно резко отсекло кусочек пальца ноги на Астральном Теле Кая. Кошмарная боль, многократно усиленная неизвестной техникой, захлестнула ослабевшего мужчину.
Голова воина буквально взорвалась от боли. Он снова начал терять сознание, вот только Сазарэк не спешил отпускать его так легко, вытягивая обратно в реальность своими техниками Пути Души.
— Боюсь, это невозможно, — неожиданно прозвучал спокойный голос откуда-то сверху. — Разве может сломаться тот, кто бросил вызов самому мирозданию? — раздался смешок.










