На грани

 – Придурок! – не смотря на протест, впиваюсь в ее губы, проскальзывая в ее ротик. Она продолжает колотить меня своими кулачками, но на поцелуй отвечает с равным мне напором и жаром.

Беру ее прямо у стены. Эта сучка расцарапывает в кровь мои плечи, отчего кожа неприятно саднит.

– Ненавижу тебя, – она произносит это без тени улыбки. Заглядываю в ее глаза.

– Теперь это так называется? – мы оба понимаем, куда идем и о чем говорим… Она опускает голову, как-то горько усмехаясь.

– Ш-ш-ш, пошли спать, – увлекаю ее за собой на кровать. Накрываю нас одеялом, не отпуская Ксюху от себя.

– Ты же… – знаю, о чем она хочет сказать. Не даю договорить, перебиваю.

– Я остаюсь до утра. Спи, – целую ее в макушку. Всем телом чувствую, как она вся подобралась, закусила нижнюю губу и сделала пару рваных вдохов, подавляя всхлипы. Черт, еще чуть-чуть и она расплачется.

– Все нормально, – отвечает сдавлено.

– Тогда почему, я себя сейчас чувствую последним мудаком? А ты еле сдерживаешь слезы?

– Не обращай внимания. Женские загоны, просто слишком много эмоций, – меня снова удивляет, как быстро она берет себя в руки. – Давай спать, уже третий час ночи, – прижимается к моей груди, закинув еще на меня свою ножку. Это вызывает мою улыбку. Глупую улыбку от понимания того, что ее ножка не вызывает дискомфорта. С Таней я не переваривал, когда она забрасывала на меня свои руки или закидывала ночью ноги поверх меня. С Ксюхой – все наоборот, все не так. Мне кажется, если Нестерова отодвинется от меня на другой край кровати, я приму это как оскорбление. И мы снова начнем выяснять отношения. Дурдом! Честное слово! С этими ненормальными для меня мыслями проваливаюсь в сон.

Просыпаюсь утром от того, что кто-то разговаривает. С трудом разлепляю веки. На часах шесть тридцать. Дениса нет рядом, но по голосу, что доносится из гостиной, понимаю, что он говорит с кем-то по телефону. Выхожу из спальни, набросив халат. Лавров, увидев меня, подходит ближе, целуя меня в губы.

– Прости, что разбудил, – произносит, отодвинув телефон в сторону, в котором слышится возмущенный женский голос.

– Хватит орать – рычит в трубку Лавров, вернув ее к уху.

– Денис, шл*йся, где хочешь. Но будь добр, пока в твоем паспорте стоит штамп о браке, ночевать дома! Неужели я много прошу? – даже стоя рядом с Денисом, было прекрасно слышно, что ему говорит Таня.

– А я прошу не еб*ть мой мозг. Я что много требую? Время полседьмого утра, а ты мне уже плешь выела! – отхожу в сторону и иду варить кофе. Денис тоже проходит на кухню и, остановившись у окна, закуривает.

– Ты раньше всегда возвращался домой, поздно, но возвращался! Что сейчас изменилось?

– Таня, отъ*бись от меня, пожалуйста! Съезди к родителям на недельку.