На грани

Через пару минут дверь распахивается. Игорь, молча, возвращается в зал, не говоря ни слова. Видимо, Семеныч предупредил о моем приезде. Иду в раздевалку, переодеваюсь и прохожу в зал. Волков колотит грушу так, что, кажется, еще чуть-чуть, и она грохнется на пол с креплений. Тоже денек видно не удался. Что ж, добро пожаловать в клуб!

Заканчиваю разогрев, подхожу к Игорю.

– Как на счет спарринга?

– Пошли – краткость, мать его, сестра таланта.

Боксируем еще минут двадцать, а в голове все мысли о Ксении крутятся. Пытаюсь отвлечься. Отражаю удар за ударом, пока этот козел не впечатывает мне в лицо, разбивая и так прокусанную Ксюшей губу. Удар такой, что в глазах звезды словил.

Отшатываюсь в сторону.

– С*ка, бл*ть, нельзя полегче? – вытираю кровь с губы. Игорь молчит, снимает с рук эластичные бинты, не обращая на меня никакого внимания. Вот козел. Прохожу мимо него. По пути бью его в живот. Не сильно, но ощутимо. Игорь не ожидал. Склоняет корпус. Упираясь руками в колени, пытается отдышаться.

– Мудак, – выдыхает сквозь зубы.

– Это за разбитую губу, – прохожу в душ, смываю с себя пот.

Через полчаса стоим с Волковым у входа под козырьком. Курим. Да, ху*вые из нас спортсмены. Дождь все так же противно моросит, внося еще больше раздрая в душу своим мелодичным перезвоном капель по крышам и окнам домов. Волков молчаливый сегодня. Первым нарушаю возникшую тишину.

– К Нике не суйся больше. Видел вас на кольце.

– Не влезай не в свое дело.

– Не влезал бы. Но она жена Фролова, а он мой друг, – Игорь как то недобро ухмыляется.

– Я даже не спрашиваю, спал ты с ней или нет. Просто не лезь больше.

– Лавров, за*би рот, пока я тебя на х*й не послал, – грубо, доходчиво. Но мне срать. Достаточно того, что видел их вместе. Ника хоть и стерва, но на бл*ть никогда не была похожа. Поэтому увидеть их вместе было для меня довольно странным.

– И тебе не хворать, волчара. Я предупредил, – выбрасываю окурок в урну и сажусь в машину. Еду домой. Надо выспаться – завтра переговоры.

Утром просыпаюсь под звук будильника. Смотрю на часы – время половина седьмого. И какого лешего я завела будильник в такую рань? Отключаю, падаю обратно в подушки, но мозг начинает упорно работать. Что-то же я все же хотела сделать сегодня, что-то срочное… Уже проваливаясь в сон, вспоминаю… мама, дача, урожай. Черт! Точно! Подскакиваю с кровати и тут же останавливаюсь. Машина до сих пор в боксе у ребят, блиииин …Что делать-то? Думай, Ксюша, думай. Я еще неделю назад обещала все вывести. Мама не то чтобы обидится. Она притащит все добро мне в квартиру и заставит грызть подмороженные патиссоны. Эта угроза звучала из ее уст. Набираю номер Ольги. Она отвечает не сразу, гудка после десятого примерно. Неудивительно, время раннее, даже семи нет.