На грани

– Псих ненормальный, – раздалось мне в спину, когда я покидал свой кабинет. Псих, а кто спорит?

Подписав все необходимые документы, я отправился к Ксюше. Но ни света в ее окнах, ни машины у дома не оказалось.

– Ксюш, ты где? – к моему удивлению Нестерова подняла трубку почти сразу.

– Хорошо, сам узнаю, – ой, с*чка вредная. Прокатившись до ее матери, синего Ниссана на парковке у дома тоже не увидел. Набрал Игоря.

– Привет! Ксюха не у вас?

– Привет! Ну, у нас или нет, я точно не знаю. Ника говорила, что они вроде планировали встретиться сегодня. Я на объекте, не дома.

– Опять свою рыжую потерял?

– Ага, – положив трубку, тут же набрал Нику.

– Привет! Ксюха у тебя?

– Привет, Лавров! Да, – нагло протянула уже-Волкова.

– Она рядом сейчас? И слышит нас разговор?

– Можешь сделать так, чтобы она не сбежала до моего приезда?

Меня «выбила из колеи» реакция Лаврова. Я растерялась. Не ожидала, да что уж там, я попросту охренела. И если быть до конца честной с самой собой, то мне стало легче. Словно камень с души свалился. От его слов тепло растекалось по каждой клеточке в моем теле. Как можно быть таким? Отъявленной сволочью и таким заботливым одновременно? Из размышлений меня вырывает звонок Ники.

– Ты что-то совсем пропала ото всех. Сегодня Игорь уехал за город на объект. Будет только завтра к обеду. Приезжай в гости. Посидим, поболтаем. У меня есть бутылка мартини в холодильнике.

– Предложение, конечно, заманчивое, но уже поздновато. Пока до тебя доберусь, уже часов шесть будет.

– Ну не двенадцать же, Нестерова! Детское время. Ну так что?

– Хорошо, сейчас приеду. И приготовь что-нибудь, я есть хочу дико, – все же надо было когда-то поговорить с подругой. Пусть уже сегодня будет «день откровений».

Через час я сидела у Ники на кухне.

– Оху*ть, – выдала подруга в конце моего рассказа, смотря на меня во все глаза. – Нестерова, я, конечно, знала, что ты та еще партизанка, но не думала, что настолько. Охр*неть… Ты беременна от Лаврова. Ты, конечно, извини, но после твоих признаний мне точно надо выпить, – я рассмеялась, а Ника, вытащив бутылку коньяка, капнула себе несколько капель в кофе. – Ну, вы даете, конечно… Блин, вот как чувствовала, что надо этому козлу по его пустой голове настучать. Жаль, не знала, за что.

– Что, Ник? Как понимаю, ты еще о многом умолчала, – она была права. Конечно, умолчала. Про финал нашего разрыва умолчала. Многие углы сгладила, не вдаваясь в подробности.

– Это уже не важно, сама понимаешь.

– Так что делать будешь? Как понимаю, Лавров там на седьмом небе от счастья. А ты его прощать не собираешься?

– Да не знаю я, Ник. Запуталась совсем. Не думала я, что он будет рад ребенку. Считала, что открестится от него и исчезнет из моей жизни навсегда. А он, вот…. Совсем все наоборот воспринял.