1
0– Как–он–тебя– тр*хал? – Денис громко произносит, выделяя каждое слово.
– Никак! – я кричу, пытаясь вырваться, но все безрезультатно. – Никак! Я не спала с ним! Не спала! – всхлипываю, не могу сдержать слезы. Не хочу перед ним плакать, но не могу сдержаться. Он разворачивает меня и толкает, заставляя лечь животом на спинку дивана. Удерживая захватом за шею, не позволяет даже двинуться. Да я и сама понимаю, что все бесполезно. Сжимаю пальцами покрывало и давлюсь слезами. Он медлит. Проводит ладонью по спине, сжимает ягодицы.
– Сладкая. Жаль, что шл*шка, – после этих слов он входит в меня резко и грубо, вызывая лишь боль и жжение. Стискиваю зубы и сжимаю ладонями ткань пледа. Я не кричала, не сопротивлялась, я сдалась. В этот момент поняла, что я устала любить за двоих… Он сейчас ломал все, что между нами было. Я не могу ему помешать это делать… С каждым его движением мы все больше подходим к краю. К краю пропасти, откуда уже не вернемся.
С последним толчком Денис кончил в меня, больно стиснув ягодицы, и отстранился, застегивая брюки. Я сползла вниз и осела на полу у дивана, уставившись в одну точку.
– За что ты так со мной? – я подняла взгляд, посмотрев прямо в его глаза, не скрывая ни слез, ни своей боли.
– Со шл*хами только так и поступают, – ответил, словно наотмашь ударил.
– Ты ошибся, Денис. В этот раз ты ошибся, – он сжал кулаки и хотел что-то ответить, но я опередила его. Поднявшись с пола, набросила халат. – Уходи… Выметайся к чертовой матери! Ты получил, что хотел, теперь пошел вон! Убирайся!
– С великой радостью, Ксения Викторовна! Надеюсь, больше не увидеться, – схватив куртку с вешалки и обувшись, вышел из квартиры, на прощание громко хлопнув дверью.
Вот и все – финал, конец сказки. Звонит телефон, бросаю на него равнодушный взгляд. Ника. Скидываю вызов и, зайдя на кухню, швыряю его на подоконник.
Какое-то время просто пребываю в оцепенении: ни боли, ни чувств, ни эмоций. На автомате выливаю кофе из чашек в раковину, споласкиваю, ставлю на полку, протираю стол. И уже дрожащими руками вытаскиваю из пачки сигарету, подкуриваю. Чувствую, как начинает накрывать. Физически ощущаю, как вдоль позвоночника поднимается холодная пустота, наполняющая меня до краев, поглощающая все, без остатка. Обида вырывается из меня слезами. Они катятся из глаз. Я уже не обращаю на них внимания. Только периодически смахиваю ладонью раздражающие соленые капли с лица и глубоко затягиваюсь сигаретой. Смотрю в окно и вижу, как Мазда Лаврова выезжает из моего двора. Тушу сигарету и срываюсь на плачь, зажимая рот ладошкой. Звонит телефон, снова и снова, нарушая тишину в квартире. Тянусь к нему и отключаю звук. Надо принять душ. Я до сих пор пахну Денисом. Не думаю, что это мне поможет сейчас, но все же стоит попробовать. Сил нет.
