5
0Там налет какой-то внутри…
– А рентгенометр? Ну, зеленый такой, с микрофоном, – оговорился я.
– С зондом, – поправил меня капитан. – Рентгенометр ИД-5…
– Что, тоже не работает?
– Нет, этот работает. Я замеры делал. Могу показать…
– И сколько мы рентген получили? Ну, примерно?
– Я не знаю. Индивидуальные дозиметры показали бы, но они не работают…
Эти вопросы я задавал по пути в помещение, где находились измерительные приборы. Я шел широким шагом, и Болгаров едва поспевал за мной.
– Он замеряет ионизационный ток. То есть обнаруживает процесс, который образуется после ядерного излучения. Излучение ионизирует вещество, вокруг которого образуются ионизационные токи. Чем больше токи, тем большее поражение мы получили…
«Капитан» говорил не очень быстро и внятно, я не совсем его понимал.
– Я слышал, уровень радиации сейчас порядка ста рентген, – вспомнил я, о чем говорил Валера.
– Да, примерно такой уровень был в момент взрыва. Но это проникающая радиация. Это гамма-излучение и поток быстро движущихся элементарных частиц – нейтронов, протонов, бета– и альфа-частиц. И длится это излучение всего несколько секунд после взрыва…
Мы вошли в помещение, кое-как оборудованное под пост радиометрического контроля. На шатком обшарпанном столе стояла коробка с индивидуальными дозиметрами, прибор «ДП-5» с микроамперметром на нем, кнопками, тумблерами и переключателями, войсковой прибор химической разведки; на стеллажах лежали свернутые и в чехлах комплекты общевойсковой защиты, противогазы, а на стенах было развешано несколько плакатов гражданской обороны. Жаль, что я не удосужился ознакомиться с ними раньше, а то не выглядел бы сейчас болваном в своих собственных глазах… Ну не понимал я, как радиоактивное излучение может длиться всего несколько секунд: ведь известно же, что проходят годы и столетия, прежде чем оно сходит на нет. А тут какие-то секунды… Но ведь Болгаров говорил со знанием дела.
– Излучение ионизирует клетки нашего тела, разрушая их, – положив ладонь на рентгенометр, продолжал Болгаров. – Самая сильная ионизирующая способность у альфа-излучения, но у него очень слабая проникающая способность. Его может задержать обычный лист бумаги. Так что здесь, в бункере, альфа-частиц точно нет. У бета-излучения проникающая способность больше, но в наше бомбоубежище оно тоже не проникло, в этом я вас уверяю. У гамма-излучения проникающая способность выше, чем у бета, в сто раз, но к нам оно проникло в незначительных количествах. Наибольшую опасность для нас представляет нейтронное излучение – вот оно-то и побывало у нас, и дало те самые сто рентген, о которых вы говорите. Но ионизирующая способность у нейтронов гораздо ниже, чем у альфа-частиц.
