0
0«Иначе, боюсь, мы будем разбираться с менталками ещё очень-очень долго», — необходимость открыть сознание однокурсникам её не пугала. В конце концов, с большинством они уже ментально связывались и не раз. Закрыть личное и лишнее она уже сможет, да и не та степень передачи у «Редто», чтобы слишком много вывалить.
«Это другая модификация, там степень передачи выше», — впервые ответил на её мысль ир Сардэ, до этого притворявшийся, что «слышит» только обращенные к нему оформленные высказывания.
«Главное, чтобы они не увидели других схем, которые мне показывал магистр ир Ледэ и личное. Остальное не тайна».
«Ну, если вы уверены…», — магистр определенно сомневался в здравости такого решения. Но то, что они застряли, не нравилось и ему самому, так что отказываться он не стал. Тем более, у него это была седьмая пара за два дня, причём четвёртая практика, и менталист чувствовал себя не слишком-то хорошо.
Стоило признать, ментальную сущность любимица ир Ледэ вызвала умело. Более того, её затея сработала: к концу пары вся подгруппа сумела создать хоть какие-то относительно человекоподобные менталки. Да, впереди была ещё их настройка, но это по сравнению с мучительными попытками разобраться, что же они делают не так, было цветочками.
«Я потом долго выхожу. Не пугайтесь», — предупредила ир Росси, прежде чем дематериализоваться. И очень хорошо, что предупредила:
«Слишком долго. Даже некоторые твои однокурсники быстрее справляются», — заметил ир Сардэ, когда она открыла глаза, отодвигаясь. Несмотря на предупреждение, он уже подумывал использовать на ней что-то из годящихся на этот случай схем.
Девушка развела руками и принялась разминать шею. Время сокращалось только практикой, а практиковаться без присмотра ир Ледэ очень не советовал, даже при том, что необходимые схемы защиты она знала и использола без особых проблем. Впрочем, ей и некогда особенно было практиковаться: домашние задания и подготовка к конференции съедали всё свободное время. А ир Миотте, как назло, всё ещё не нравились тезисы…
К пятнице Дерек ир Сардэ вымотался настолько, что уже с трудом соображал, не то что магичил, так что на предложение помощи от студентки согласился не раздумывая. А стоило бы подумать, стоило. Но зато к концу первой пары с менталками они наконец разобрались: пусть кривенькие, не идеальные, но они у них выходили. Впереди была ещё одна практика и, поразмыслив, менталист решил посвятить её освоению схем внушения. Начали с простого — внушений физических желаний, а именно сонного.
Студенты перенесли схему в тетради и уже начали пробовать применять друг на друге, когда на стол к менталисту вдруг вскочила огромная мышь с длинным хвостом и красными глазами.
