Контуженый (СИ)

Злата со злобной решимостью глотает водку, пихает меня и Антона в грудь:

— Зассали, мальчики? А кто в день артиллерии в военной форме красуется?

Денис воодушевлен поддержкой и подхватывает:

— Я не служил срочную, а готов рискнуть! Но меня в пехоту направят. А вы минометчики! Я звонил, минометчики им нужны. Скажете, и меня к вам возьмут, вместе служить будем.

— Что еще узнал? — интересуется Антон.

— Про зарплату и как добраться. Остальное на месте.

— Вы в депо горбатитесь за копейки, а в ЧВК реальные деньги. Двести сорок тысяч плюс премии за боевые заслуги! Прикинь? И это налом без налогов. — Денис похлопывает Антона по плечу. — Минометчиками безопасно. Лупи издалека — и все дела!

Я не согласен, что в настоящем бою есть безопасное место. Но возразить, значит снова проявить трусость.

Денис переходит на угрожающий шепот:

— Не смоюсь из города, меня загребут менты. Начнут допрашивать, наше дельце с металлом может всплыть.

Этот аргумент — не в бровь, а в глаз. Мы с Антоном по инициативе Дениса вывезли из депо пару тонн металлолома, он сдал в скупку. Начальство спохватилось. Нас расспрашивали. Кража, как никак. Да и не всё вывезенное оказалось ненужным хламом.

— Хотите условку и штраф, как я? — давит Денис.

— Я готов с тобой, — первым соглашается Антон.

— Мужик! — хвалит Денис.

Все смотрят на меня, ждут. Перед друзьями стыдно.

— Когда? — выдыхаю я.

— Нам до утра свалить надо. Домой за вещами и через час здесь. В шесть поезд на Краснодар, там автобусом.

Мы киваем. Решение принято.

Денис пускает по кругу остатки водки и наставляет:

— Только мамкам не гу-гу! А то вцепятся и не пустят.

Денис без матери с отцом живет, и для меня это не проблема:

— Моя мать в ночной. После шести домой придет.

— А я родителей отвлеку, если что, — обещает брату Злата.

Серьезное решение нас сближает. Злата не собирается спать и обещает проводить всех на вокзале. Денис забирает у Антона ключ от паровозной рубки и передает Злате.

Он показывает, как закрыть ящик-тайник под сиденьем:

Денис пожимает плечами:

Невыспавшийся, с разладом в душе я выхожу из автобуса. Излом жизни, как глубокий порез — и хочешь забыть, да боль не дает, а шрам потом напоминать будет.

Кубанский хутор встречает нас моросящим весенним дождиком. Я растираю капли по лицу, чтобы избавиться от дорожной дремы и душевных сомнений. За спиной привычная жизнь и рюкзак с наспех собранной одеждой — впереди опасная неизвестность.

Денис целеустремлен и энергичен, но это внешняя бравада.