8
0Необходимо добежать до противоположного конца, а там спрыгнуть на крышу детского сада. Дело плевое, всего какой-то этаж, потом по трубе вниз. И ищите… Он так и сделал. Вылез и побежал по крыше, но, посмотрев на секунду вниз, увидел темную фигуру человека… И не увидел, а понял, что этот человек целится в него.
Тогда Широков, не останавливаясь, выстрелил несколько раз наугад.
Иван увидел человека, бегущего по кромке крыши. Железо гулко отвечало каждому его шагу. Шарапов вскинул наган, норовя срезать его, словно птицу, влет… Он не почувствовал боли. Просто увидел почему-то ярко вспыхнувшую звезду, потом грузно осел, подвернув под себя руку с револьвером, и щека легла на что-то мокрое и мягкое.
Сначала он закричал. Потом начал трясти Ивана за плечи. Игорь никак не мог поверить в смерть этого человека.
– Врача, скорее врача! – кричал он.
– Перестань, Игорь, – сказал Самохин хрипло, – перестань, слышишь. Ему врач не нужен.
– А-а-а! – простонал Игорь и тут увидел тех двоих с чердака, стоявших под охраной бойцов. Продолжая кричать, он повернулся к ним и рванул из кобуры наган: – Гады! Всех!
Но на него навалились, вырвали оружие. И тогда Игорь сел на землю и заплакал.
Ивана Шарапова хоронили в последний день сентября. Он был прозрачным и ярким, этот последний день.
Могила Ивана оказалась под самой стеной, на старом, заброшенном участке кладбища.
Когда опустили гроб, на край могилы шагнул начальник МУРа:
– Товарищи! Мы хороним сегодня нашего боевого друга Ваню Шарапова, честного большевика, отличного оперативного работника и прекрасного человека. Наш фронт здесь, на улицах родного города. И на нашем фронте тоже есть потери, атаки и отступления. Иван Шарапов погиб как настоящий чекист, заслонив собой родную столицу. Так вечная память герою и смерть фашистской нечисти!
Начальник стоял у могилы, а четыре милиционера начали забрасывать яму землей.
Данилов слышал, как комья стучали о крышку гроба.
«Значит, ушел от нас Иван. Может быть, – думал Иван Александрович, – лучше было отпустить его на фронт?»
Нет, Шарапов был нужен здесь.
Данилов глядел, как быстро вырастает земляной холмик, как два милиционера устанавливают над ним простой деревянный памятник со звездой. В щемящее чувство тоски вмешалось совсем другое – злое и сильное. Он подумал о Резаном, но на этот раз подумал спокойно. Данилов ни на секунду не сомневался, что возьмет его через несколько дней. И это будут лучшие поминки по Ивану.
На кладбище сухо треснул залп.
ГОСУДАРСТВЕННОГО КОМИТЕТА ОБОРОНЫ
О ВВЕДЕНИИ В МОСКВЕ И ПРИГОРОДАХ
19 октября 1941 года
Сим объявляется, что оборона столицы на рубежах, отстоящих на 100–120 км западнее Москвы, поручена командующему Западным фронтом генералу армии Жукову, а на начальника гарнизона г.
