Истребитель. Ас из будущего

Победили бы мы Германию без этой помощи? Однозначно – да! Но война тянулась бы дольше, и за ее окончание мы заплатили бы более высокую цену потерянными человеческими жизнями.

Зная историю, Тихон оценивал ленд-лиз уже с точки зрения его современности, а большое видится издалека.

Но настал час, когда всех, кто был в списках, собрали в последний раз. Напутствия, выдача новой формы – у некоторых к этому времени форма уже выцвела и обветшала, а ударить лицом в грязь перед союзниками все-таки не хотелось.

В первый раз Тихон застегнул на себе настоящий, кожаный, а не брезентовый ремень. И командирская форма была сшита из приличного материала, и сапоги не кирзовые, а яловые – роскошь…

В Мурманске их посадили на грузовой пароход типа «Либерти», в трюмах которого были оборудованы нары. Всем приказали до Рейкьявика на верхней палубе не появляться – немцы в первую очередь охотились за судами, шедшими с конвоями в Союз, которые везли помощь. Пустые транспорты из Союза их интересовали меньше.

Плыли долго, временами штормило. Судно переваливалось с борта на борт, многих укачивало. Однако в Атлантике стало уже спокойнее.

В Рейкьявике с судна их пересадили на военно-транспортные самолеты, и на аэродроме они впервые увидели американских военных. Лица у тех были сытые и разительно отличались от лиц наших летчиков, серых от скверной северной погоды, недоедания, изматывающих боевых вылетов. С лиц американцев не сходили улыбки, и их челюсти почти постоянно перемалывали «жвачку». Наши летчики, не знавшие жевательной резинки, удивлялись:

– Чего они жуют постоянно?

Но в общем американцы были простыми парнями, хлопали советских летчиков по плечу и угощали сигаретами. Да и русских в таком количестве они видели впервые, для них – экзотика.

Перелет длился долго, с промежуточными посадками для дозаправки. И вот – конечная посадка. Тепло, спокойно, вокруг – мирная жизнь. Работают рестораны, слышна музыка, никакой светомаскировки. Женщины в красивых цветастых платьях – они разительно отличались от наших, с усталыми лицами, одетых в серые, черные и коричневые одежды, обутых в грубую обувь. Пилотам показалось, что они попали в другой мир, как будто и не было никакой войны. Тихону стало обидно за свой народ.

Город, куда их привезли – Элизабет-Сити, – был на берегу океана, в сотне километров от Филадельфии, где располагался завод по выпуску гидросамолетов. Поселили наши экипажи в отдельной казарме, а столовая поразила всех. Сейчас бы это назвали «шведским столом» – выбирай, что хочешь. Глаза разбегались от обилия блюд, хотелось попробовать все. Курящим давали по пачке сигарет «Кэмел», крепких, без фильтра.

К вечеру только и разговоров было в казарме и курилке об увиденном.

– Хорошо Америка живет, – протянул кто-то.