Истребитель. Ас из будущего

Немцы рудовозами вывозили оттуда стратегическое сырье для металлургической промышленности. Уничтожить или как-то повредить рудники было невозможно, они на глубине, под скальными породами, а вот уничтожить транспорты, перевозящие руду, было вполне возможно. На их поиски и уничтожение были брошены значительные силы Северного флота – корабли, подводные лодки, торпедоносцы и бомбардировщики.

Немцы осознавали важность этих поставок и прикрывали рудовозы сильным боевым охранением с мощной зенитной защитой.

Из-за недельной непогоды движение рудовозов приостановилось, и сейчас немцы должны были наладить поставки – плавильные печи невозможно остановить.

На поиски транспортов были брошены все силы: самолеты Пе-2, МБР-2, Ил-2, которые обследовали шхеры и фьорды, где могли укрываться рудовозы. В пределах видимости берега на перископной глубине ходили наши подлодки. Глубины у северных земель Норвегии большие, и крупные транспортные суда немцев ходили недалеко от берега, прикрываясь огнем береговых батарей. К тому же наши подлодки могли атаковать торпедами только со стороны моря, стало быть, и боевое охранение ставили с одной стороны.

После того как вернулся разведчик Пе-2, доложивший о хорошей погоде, на разведку вылетели «амбарчики». Сложно летать полярным днем, если немецкие истребители не дремлют, тем более что их наводили посты наблюдения на берегах.

Тихону достался сектор моря в полусотне километров от полуострова Рыбачий. Видимость была отличной, как говорили летчики, «миллион на миллион». С одной стороны, экипаж «амбарчика» это радовало – издалека можно транспорт заметить, а с другой стороны, внушало беспокойство: с берега их могли обнаружить в мощную оптику посты наблюдения.

Шли на малой скорости – так и видно лучше, и топливо экономится. И Рыбачий уже едва угадывался на горизонте, как вдруг носовой стрелок показал рукой вниз.

Тихон заложил плавный вираж с креном на левый борт – так хотя бы видно, что под тобой. Вроде мелькнуло что-то темное, причем длинное тело двигалось на небольшой глубине. Наши или немцы? Не приведи господь сбросить бомбы на своих! И трибунал – еще не самое страшное, потом ведь всю жизнь совесть мучить будет, что лодку и экипаж погубил.

Тихон стал описывать широкие круги. Лодка периодически была то хорошо видна, то терялась.

Через несколько минут стал ясен курс лодки – к берегам Норвегии.

Подлодка подвсплыла на перископную глубину – показался бурунчик от перископа, и несколько минут командир или старпом осматривал горизонт.

Тихон тоже осмотрелся: в пределах видимости – ни одного судна.

Лодка поднялась в крейсерское положение, когда на поверхности торчала только рубка, а корпус был скрыт под водой.