Искупление варвара

Она кажется милой, но я не могу раскрыть свои тревоги настолько, чтобы быть дружелюбной по отношению к ней. Или к кому-либо еще.

Остальные мирно спят, кто-то тихонько похрапывает. В хижине достаточно тепло и уютно, хотя от каменного пола исходит холод, который не проходит, сколько бы слоев меха я на себя ни накинула. Одежда тоже хорошая. Если эти люди искренни, все будет не так уж плохо…

Но я пока не могу доверять. Я не могу поверить, что не проснусь и снова не окажусь в маленькой, ужасной клетке, окруженная дикими животными и подталкиваемая палками, потому что я странное «существо» для чуждой культуры.

Я также не могу уснуть. Я слишком занята размышлениями обо всем, что нам рассказали.

На этой планете нет ни весны, ни лета. Есть два сезона — мягкий и жестокий. Один, где снег мягкий, и другой, где снег ужасен до выворачивания кишок, а холод — пронизывающий… и я боюсь представить, что будет, когда начнется этот ужасный сезон.

У каждого здесь есть паразит, который одновременно и хорош, и плох. Это то, что заставляет их глаза сиять и сохраняет их тела здоровыми, и мы собираемся получить такое средство через несколько дней.

Мне не нравится эта мысль, но меня никто не спрашивал.

То, что делает паразит, нравится мне еще меньше. Кайра называла его кхай, хотя остальные в шутку называют его «вошь». И, похоже, что вши также контролируют размножение. Это значит, что если он решит, что ему нравится кто-то на этой планете, я не смогу ничего сказать. В моей груди будет вибрировать «резонанс», и моя «пара» также будет вибрировать. Это также будет невероятно возбуждать нас до тех пор, пока мы не сдадимся и не займемся сексом, после чего у меня родится ребенок.

Эта мысль приводит меня в ужас.

Даже несмотря на то, что Джорджи и другие подчеркивают, что мы здесь не рабы, если я найду отклик, у меня будет большой жестокий мужчина-инопланетянин, который будет иметь право голоса во всем, что я делаю, потому что я ношу его ребенка. Это будет все равно, что иметь другого владельца, но этот наверняка захочет еще и секса. Я с трудом сглатываю, испытывая тошноту от этой мысли, и сажусь. Потребность сбежать охватывает меня с новой силой, но я знаю, что идти некуда. Это Ледяная планета, где никогда не бывает теплой погоды. Уйти без надлежащего снаряжения было бы смертным приговором, а мне нравится жить. Я продолжаю надеяться, что когда-нибудь у меня будет настоящий дом, где я смогу жить на своих собственных условиях. Где я смогу видеть солнце каждый день. Где никто никогда не посадит меня в клетку и не наденет на меня ошейник, как на собаку.

Я просто должна продержаться до тех пор.

Когда я лежу в постели, мне приходит в голову, что здесь, на этой планете, должны быть звезды, и меня накрывает сильная волна тоски. Я хочу увидеть звезды.