Искупление варвара

Может быть, это из-за вши, а может быть, я наверстываю упущенное, но мне нравится прикасаться к себе и когда Бек прикасается ко мне. Как только я слышу, как его вошь по какой-то причине начинает жужжать, мне хочется все бросить и заставить его засунуть руки мне в штаны. Я накидываюсь на него во время охоты, во время завтрака и во время купания. Я обвиваю руками его шею и целую до тех пор, пока мы оба дико не начинаем тереться друг о друга. В этом нет ни особой красоты, ни причины — в тот момент, когда я хочу Бека, я добиваюсь этого, и он всегда готов дать мне больше.

Но мы не делаем ничего большего, чем прикасаемся друг к другу.

Я прикасаюсь к нему, он прикасается ко мне, и мы оба всегда кончаем, но большего мы не делали. У нас не было секса, и поэтому резонанс все еще не достигнут. Я не возражаю, потому что мне нравятся прикосновения, которыми мы делимся.

Но я задаюсь вопросом, не становится ли моя вошь нетерпеливой, потому что сегодня она, кажется, очень возбуждена, и даже две сегодняшние паузы, чтобы поцеловаться на тропинках, не удовлетворили ее.

Вечером я сижу у огня. Еще не время смотреть на звезды, поэтому я точу свой нож, как показывал мне Бек, и мои девичьи части тела ноют от желания.

Моя вошь жужжит низко и настойчиво, и никакое ерзание на моем сиденье не улучшает этого. Я бросаю взгляд на своего инопланетянина, и он, опустив голову, деловито плетет кожаную веревку для одной из ловушек. Его губы сжаты, и он выглядит таким раздраженным из-за этой черной работы, что мне становится жарко и беспокойно. Такой сварливый. Я знаю, что заставит его улыбнуться.

Я откладываю нож в сторону и думаю о порочных мыслях, и мой кхай переходит от низкого жужжания к яростному, настойчивому.

Кхай Бека отвечает на зов и удивленно поднимает голову, когда я приближаюсь. Его рот кривится набок, и он откладывает в сторону свои снасти.

— Сейчас, — соглашаюсь я, снимая свою кожаную тунику и скользя в его объятия.

Он усмехается, притягивая меня к себе, пока я не оказываюсь верхом на его скрещенных ногах, а его член не упирается прямо в мои самые чувствительные места.

— Ты становишься ненасытной, моя пара.

Я пожимаю плечами. Мне все равно, пока мы оба счастливы. Я провожу руками вниз по его груди, затем расстегиваю жилет, обнажая грудные мышцы.

Здесь он очаровательно тверд, не только мускулами, но и странными толстыми пластинами, которые растут на его коже в определенных местах. Они всегда вызывают у меня желание укусить его, и сегодняшний день ничем не отличается. Я кладу руку ему на затылок и наклоняюсь, позволяя своим губам скользить по его шее в мягкой ласке, прежде чем прикусить его.

Мне нравится, как он стонет. Ободренная, я прижимаюсь бедрами к его члену.

— Давай сделаем это на виду у звезд. Я люблю бывать на свежем воздухе.