3
0Оба подчиненных поспешно покинули бетонный мешок, и в помещение словно добавили воздуха. И пока идиоты шаркали ногами, замок в наручниках поддался стихии. Так что теперь я был по-настоящему готов к конструктивному диалогу.
— Ну вот, совсем другое дело, — кивнул я, когда мы остались наедине. — Так что там насчет боев?
Главарь окончательно расслабился.
— У тебя будет соглашение с клубом, Юрист, — произнес он. — Выходишь на финальный бой, показываешь красивую победу. И часть долга с тебя списывают.
— И большой долг? — живо заинтересовался я.
— А это уж как Хозяин решит, — оскалился «Вояка».
— Разумно, — кивнул я. — Не дашь еще воды, в горле першит?
И закашлялся для большей убедительности, чем окончательно растопил лед между нами. Переставший видеть во мне какую-либо угрозу, главарь поднял с пола бутылку, оставленную «Пацифистом», и сделал шаг ко мне.
Я был, можно сказать, идеальным собеседником. Пошел на контакт, не спорил, просто выяснял детали. В глазах этого гопника я уже сломался и готов подписаться под любой блудняк, в который меня втягивают. А к такому клиенту и силу применять не надо.
Пистолет он держал в другой руке, все еще опущенной. Но я не обольщался — ствол повернуть дело доли секунды. Тем более курок взведен, пуля наготове.
Сделав несколько глотков, я кивнул, показывая, что бутылку можно убрать. И когда «Вояка» отвел взгляд, рефлекторно ища, куда деть емкость, я выбросил руки из-за спины и одной вцепился в правое запястье, не давая направить на себя оружие, а пальцами второй ломая бандиту ухо.
В пустом бетонном помещении выстрел рявкнул оглушительно. «Вояка» попытался вырвать оружие, но я уже поднимался на ноги. Удар лбом в переносицу заставил бандита потерять ориентацию. Но он продолжал нажимать на спусковой крючок, расстреливая боезапас. Упрямый, падаль.
В коридоре раздались крики и топот ботинок. К нам спешили со всех ног как минимум три человека. А «Вояка» все никак не мог успокоиться, всаживая в бетон одну пулю за другой, пока пистолет не защелкал впустую. Черт, а я на него, между прочим, имел виды.
Удар пальцем в глаз заставил главаря прекратить дергаться и позволил мне отобрать ствол, по ходу дела ломая противнику запястье. Пока «Вояка» истошно выл от боли, я заломил ему рабочую руку и развернул, прикрывшись как живым щитом.
Первым внутрь вбежал, широко разевая рот, «Пацифист». Увидев наше близкое знакомство с «Воякой», он потянул руку за спину, явно планируя достать что-то поинтереснее транквилизатора. Но шансов применить огнестрел у него не было.
Повинуясь чистому вдохновению, я воспользовался магией.
Боеприпас изо льда возник в стволе пистолета по моей воле. Я не был уверен, что с первого раза попаду в цель силой мысли, но точно не промажу из пистолета.
