4
0Я же мрачно подумал, что надо девчонке не машины дарить, а боярские шубы и труселя с начесом, чтобы в такую поганую погоду не бегала по улице, едва прикрыв жопу тонким драпом.
— Привет! — улыбнулась Василиса мне, а затем, заметив моего соседа, воскликнула: — Иван, ты наконец-то взялся за ум и решил перестать прогуливать⁈.
Тот в ответ изобразил глубокую задумчивость:
— Ну, по крайне мере, на этой неделе…
Девушка покачала головой и вновь обратилась ко мне.
— Алекс, вы с Иваном куда-то уезжаете? — спросила Корсакова.
Девушка оглянулась, ища взглядом мой «Руссо-Балт». Но мой автомобиль стоял в другом конце асфальтированного поля.
— Да нет, мы только приехали, — усмехнулся я. — В общем, такое дело… Тут некоторые неравнодушные лица пошуршали по закромам и попросили передать тебе небольшой презент в качестве искреннего сожаления, что ты попала в наши разборки с террористами.
На лице девушки не дрогнул ни один мускул, но из глаз мгновенно ушла беззаботная веселость.
— Это очень любезно с их стороны, — медленно проговорила Василиса, — но совершенно необязательно.
— Ну, они уже передали презент и, честно сказать, не вижу смысла от него отказываться, — пожал плечами я.
— Ладно, — кивнув, растерянно проговорила девушка, — я доверяю тебе в этом вопросе.
Я улыбнулся, а Иван, стоящий рядом, просто лыбился. Корсакова продолжала не понимать. Пришлось намекнуть. Жестом фокусника я показал на машины и словно в замедленной съемке наблюдал, как расширяются глаза у девушки.
— Машина? — обалдела Василиса.
— Если быть точнее — три машины, — поправил я девушку. — Характеристики зачитывать или сама пощупаешь?
Василиса стояла и растерянно хлопала глазами, а у меня в кармане как-то не вовремя зажужжал телефон. Я вынул трубку — экран отображал неизвестный номер.
— Прошу меня извинить, — произнес я и кивнул на продолжающего глупо улыбаться наследника престола: — Боярич Новиков вон лопается от любопытства посмотреть машинки вживую, он про них наверняка получше меня знает. А мне нужно ответить на звонок.
Я отошел от ребят и нажал на зелененькую трубочку, наблюдая, как цесаревич взахлеб рассказывает Василисе обо всех достоинствах его подарка.
— Мирный, — произнес я, поднося трубку к уху.
— Александр Владимирович, добрый день, — произнес приятный женский голос, — вас беспокоит секретарь нотариальной конторы семьи Сорокиных.
— Я не обращался к услугам вашей нотариальной конторы, — ответил я, пока Иван на пальцах показывал Корсаковой толщину брони автомобиля.
— Все верно, — согласилась женщина на том конце провода. — Вы, Александр Владимирович, не обращались. Обращались ваши родители. Я звоню по поводу вашего наследства.
