Я заставлю тебя страдать

Нельзя допустить, чтобы пирату удалось такое массовое ограбление. Это, помимо потери колоссальных финансовых средств, приведет к сильному общественному диссонансу, который ударит по Звездному флоту и Союзу значительно сильнее, чем ограбление.

Мы с Олегом молчали, да и что можно было добавить, если Ремарк оказался абсолютно прав.

— Но есть сложности. Экономические представители имеют в Совете значительное влияние и настаивают на соблюдении правил по обработке информации. То есть мы можем работать и охранять граждан и финансовые потоки сколько угодно, но внутри станции наши действия сильно ограничены.

— Неужели они не понимают, что в первую очередь пострадают сами?

— У финансистов свои законы и нужды, — заметил муж.

— И, в частности, к их нуждам относится уменьшение в Совете веса Звездного флота, так как именно на нас идут основные расходы, — проскрежетал генерал-адмирал и вздохнул. — Но это все перипетии Совета. Главное, если мы докажем, что опасность существовала и флот не получил содействия, я смогу взять для Звездного флота больший кусок пирога Совета и урезать этим численность финансистов. Мы получим больше полномочий.

— А пираты? — тихо спросил Широков.

— Они должны быть уничтожены, — твердо ответил генерал-адмирал. — Именно поэтому я и пригласил вас. Сейчас в стадии разработки находится план операции с внедрением нашего человека на станцию «Эльрус». Агент должен предотвратить задуманное пиратами и собрать данные о том, что готовился взлом.

Пока Ремарк говорил, очень пристально при этом на меня взирая, я заподозрила неладное.

— А кто будет выполнять задание, сэр?

Олег сидел, плотно сжав челюсти, но молчал. Он, как и я, прекрасно понимал, что приказ старшего по званию остается приказом, и ничего тут не поделаешь.

Вздохнув, я спросила:

— А в качестве кого я буду работать на станции?

— Я могу вас внедрить только как организатора обработки финансовых потоков. В саму обработку попасть по блату невозможно. Они очень тщательно отбирают кадры.

Я мысленно застонала. Ненавижу цифры! Я всегда всячески избегала прямой работы с ними. А теперь я — и крупнейшая экономическая станция!

— Знаете, Руденко, всегда вас ценил за выдержку, — прокомментировал Ремарк.

Вот что за мужик? Все подмечает. Он вообще живой или робот? Хотя при наличии нескольких детей, надо думать, не все в нем роботизировано.

— У меня нет выбора, сэр, — решила сдерзить я.

Мою колкость пропустили мимо ушей и повернулись к Олегу.

— Господин Широков, с вами я также хотел поговорить и предложить небольшое участие и содействие операции.

О нет, только не привлечение к оперативной работе Олега. О чем начальство вообще думает?

— У Брендона завербовано довольно много людей, и они наверняка имеют аккаунты в вашей игре.