Я заставлю тебя страдать

Мужчина валялся в постели с восстанавливающими приборами на раздробленной ноге и травмированных участках тела.

— Привет! Как ты себя чувствуешь?

— Паршиво. Все чешется.

— Ну ты же настоящий мужчина!

— Издеваешься? — сощурился Вилтяг, глядя на меня.

— И в мыслях не было, — приложила я руки к груди.

— Одно могу сказать точно — мы с тобой в расчете.

— Само собой, — кивнула я и присела на краешек постели. — Тебе что-нибудь купить?

Мужчина покачал головой:

— У меня уже были гости.

— Твоя девушка? — удивленно подняла я брови.

Все-таки быстро она добралась.

Я застыла. О ком это он? Неужели?..

— Как он посмел?! — вскочила я с кровати.

— Айсира, спокойно! — круглыми глазами посмотрел на меня Вилтяг.

— Что этому уш… что ему нужно было?

Я уже ощущала, как красная пелена заволакивает мои глаза.

— Мы с ним… поговорили.

— О чем? — процедила я.

— О тебе, обо мне, о наших и ваших отношениях. Мы с ним поняли друг друга. Но должен тебя уведомить, что я не смогу заменить его в твоем плане.

Покосившись на раздробленную ногу, пробормотала:

— Поняла уже. Когда ногу восстановят?

— Не раньше чем через две недели.

Подняв взгляд на Вилтяга, заметила, что он с лукавством меня рассматривает.

— А почему это твой парень меня навестил раньше, чем ты?

— Он не мой, — процедила я и рассказала о последних событиях.

Каково же было мое удивление, когда, выслушав мое повествование о последних сутках, Вилтяг подмигнул и сообщил:

— Детка, у вас определенно любовь!

— А может, я тебе вторую ногу сломаю? — мрачно предложила я.

— Не надо. Лучше расскажи, что ты собираешься делать?

— Провести самую грандиозную операцию в своей карьере!

Я расхаживала перед кабинетом Ремарка взад-вперед, ожидая, когда великий и железный соизволит меня принять. Вот уже полчаса я ждала, пока закончится его совещание.

Наконец двери кабинета открылись и из помещения начали выходить адмиралы секторов. Кивая сослуживцам, я дождалась приглашения и вошла внутрь.

Ремарк сидел за своим огромным столом и выглядел несколько измотанным. Насколько по нему вообще можно судить.

Поприветствовав старшего по званию, получила позволение сесть.

— Добрый вечер, Руденко. Что привело вас ко мне? Вы же в отпуске.

Генерал-адмирал поднял брови.

— Последние вести после начала вашего отдыха, которые я слышал, это… Мм… выяснение отношений с Широковым. Не уверен, что должен об этом знать, — мрачно сообщил начальник, устало потирая переносицу.

Наш командир опустился до упоминания о сплетнях? Он действительно сегодня не в себе. А мне стоило бы догадаться, что в нашем шпионском курятнике скрыть что-либо невозможно.

— Сэр, что-то случилось?

— Нет, и это меня беспокоит. Почему Брендон затаился?

— Потому что он практически все подготовил к решающим действиям.